В середине пятого века остров издалека смотрится приветливее, чем в двадцатом. Он сейчас зеленый с небольшими вкраплениями светло-коричневых поселений, а не светло-коричневый с небольшими вкраплениями зелени, как в будущем. Валетты еще нет. Столицей является Мелита, которая, судя по расположению на холме, в будущем станет небольшой деревенькой Мдина.
Марсильяна дрейфует как раз напротив столицы на удалении миль пять от острова. Мы прибыли на двое суток раньше, потому что пошли напрямую, а не сперва на северо-восток к Сицилии, потом на юго-восток вдоль нее до самого узкого места Мальтийского пролива и оттуда на юг. Караван из почти трех сотен галер разного размера сейчас приближается к нам с севера. Где-то еще телипаются десятка два «круглых» судов, которые пошли вместе с ними, но сильно отстали. Я предлагал им пойти вместе напрямую. Отказались. Чужестранцам веры нет. Свои жулики ближе к телу.
На борту марсильяны десант из сотни человек под командованием Менно. По договору мне достанется половина их добычи, если довезу ее вместе с ними до Карфагена. На вторую половину вандалы надеются купить либурну и отправиться на промысел. Битым неймется.
Радомир собирается высадиться вместе с ними. Он быстро сошелся с вандалами, рассказав, что вместе со мной воевал в гуннской армии. Я не стал уточнять, в какой роли юноша был там. Владеть оружием я научил его, так что совсем уж неумёхой выглядеть не будет. К моему удивлению, вандалы относятся к Атилле с большим уважением, считают великим полководцем. Если полководческий талант измерять количеством захваченной добычи, то можно согласиться с ними.
Я стою на полуюте, смотрю на приближающийся флот вандалов. Они уже видят остров, поэтому рассредоточились немного и пошли быстрее. Часа через полтора-два доберутся до цели. Судя по дымам на холмах, жители Мелиты заметили галеры и подняли тревогу. При появлении моего судна сигнальные костры на острове не зажигали.
На полуют поднимается Менно. Думал, сейчас скажет, что пора двигаться к берегу, а я посоветую подождать еще и высадиться вместе с первыми галерами.
Вместо этого вандал произносит:
— Мы слышали, что Атиллу убила жена в день свадьбы, а Радомир говорит, что он сам умер. Чья правда?
— Хильда! — позвал я вместо ответа.
Я посоветовал ей и Бинди не появляться лишний раз на палубу, не дразнить мужчин, соскучившихся по женской ласке. Хильда вышла из нашей каюты, повернулась ко мне, спрашивая взглядом, что надо?
— Ты зачем убила Атиллу? — задал я вопрос.
Надо было видеть ее лицо — смесь ужаса и боли. Такое не сыграешь. Это надо пережить. Мы с Хильдой никогда не говорили на эту тему. Вспомнить — пережить еще раз, а она явно не хотела этого.