Но Лион видел. Видел округлившиеся глаза и многозначительные взгляды, которыми ее провожали, слышал, как шептались за ее спиной те, кому никогда до нее не дотянуться. Он радовался и печалился одновременно. Радовался, потому что она заслужила каждого восторженного вздоха в свой адрес. Однако ее тонкие пальчики сейчас сжимали не его локоть, и это злило его гораздо сильнее, чем было позволительно.
— Ради богини, Лион, прекрати пожирать ее взглядом и удели немного внимания собственной невесте, — тихо, сквозь вежливую улыбку проговорила Марго, впиваясь в его руку болезненной хваткой.
— Конечно, дорогая, — Лион нацепил на лицо дежурную обаятельную улыбку и запретил себе даже смотреть в направлении Элис. Отец прав: он не должен демонстрировать на людях свои чувства, это может навредить ведьме, ведь на балу наверняка присутствовали заговорщики. — Твое платье просто восхитительно. Как и ты. Сияешь ярче солнца.
— Не перегибай, — проговорила Марго, продолжая раздавать улыбки, то и дело приседая в приветственных поклонах. — Понабрался плоских комплиментов от этого прохвоста Зэна… Светлых дней, госпожа Бизардия, прелестное платье!
Они медленно шагали по широкому коридору королевского дворца, вдоль высоченных позолоченных колонн, мимо величественных портретов почивших королей. Должно быть, Элис ослеплена роскошью внутреннего убранства, думал Лион. Даже для него каждое посещение дворца виделось вылазкой в другой мир, где даже воздух, казалось, пропитался золотой пылью.
— А она здесь что делает? — прошипела Марго, и Лион взглянул в сторону, куда был направлен взгляд подруги.
У самого входа в зал, прихлебывая шампанское, громко разговаривала леди Питир. Ее кричащее салатовое платье, расшитое изумрудами и бисером, зеленило светлую кожу, а вульгарный бант на шее с огромным камнем в центре, казалось, имел одну-единственную цель — не дать пухлым щечкам съехать к чересчур оголенным прелестям.
— Объедает королевство? — предположил Лион, но желание шутить исчезло, едва он рассмотрел собеседника леди Питир. — С каких это пор Глава Башни посещает балы?
— Слышала, он сильно отличается от предшественника, — тихо проговорила Марго. — Взялся строить из себя светского льва. Да и во дворце, говорят, теперь он частый гость. Все меняется.
— Точно, — отозвался Лион. — Правда, что-то перемены не внушают оптимизма.
— Как бы протиснуться мимо этой жабы незамеченной… — вздохнула Марго.
— Боюсь, что никак, — ответил он, заметив, как Азеф, повернув голову, вперился взглядом в идущую на шаг впереди них Элис.