«Всё тайное когда-нибудь станем явным, Ли, — уклончиво отвечает она. Секреты не живут вечно. Они как туман над морем — рассеиваются, когда приходит солнце. Ты с детства любила головоломки. Считай это одной из них».

В бытность работы следователем, я слышала сравнение тайн с трупами, которые весной находят грибники, но смысл тот же: нужно время, а его у меня нет. Не справлюсь — Меркурий перейдет Архи-Строю, а Семенов уедет.

«А ты?» — тут же вмешивается в ход моих мыслей Ри.

А я понятия не имею, что в таком случае будет со мной, но чувствую, что сестра и на этот вопрос откуда-то знает ответ. Только говорить не планирует. Хочет, чтобы я догадалась сама.

В Талассу возвращаюсь к обеду. Разговор с Ариной придал решимости действовать и, оказавшись в кабинете, я с готовностью зарываюсь в отчеты. Единственная подсказка, которую Ри дала мне — она не была гениальным управленцем. Причина убыточности Меркурия кроется в другом. И мне под силу эту причину найти. Но потратив на разбор документов еще пару часов, я так и не приближаюсь к разгадке.

Отложив бумаги на край стола, встаю. Разминаю затекшие от долгого сидения мышцы. Собираюсь сходить к отцу, чтобы обсудить с ним то, что узнала от Нестерова, но голос Арины снова врывается в голову, нарушая планы:

«Зайди лучше к Олегу»

— Это еще зачем? — замираю я на полпути к двери. — Не думаю, что после ребрендинга Нестеров выгонит Фомина с насиженной должности. Да и вообще не уверена, что хочу разговаривать с Олегом о будущем.

Но Ри не переубедить. Будто этого мало, она еще и подгоняет меня. Подталкивает невидимой рукой, пока бреду по коридору, еле переставляя ноги. Пытаюсь понять, зачем мне вообще сдался Олег. Ри явно одержима новой идеей — игрой, в правила которой я не посвящена. Когда-то с ее подачи я уже переспала с Олегом и ощущала себя тогда примерно так же.

«Не волнуйся, спать с ним сегодня не придется», — смеется сестра, но мне не передается ее веселье.

Чтобы не выдавать коллегам свою ненормальность, приходится тихо прошипеть:

— Я и не планировала.

Коридор кажется длиннее обычного. Каблуки бьют по плитке, отсчитывая секунды. Я так увлечена ворчанием на Ри, что не стучу — просто толкаю дверь. И замираю в дверном проеме. Слишком неправильно, но в то же время, четко и ясно то, что я вижу.

Виктория, сидящая на столе Фомина в задранной до пояса юбке. Ажурные резинки чулок, обтянувшие загорелую кожу бедер. Пальцы Олега на ее талии. Бли-и-и-ин. Они же при других общаются строго официально и вообще я никогда не замечала за Фоминым симпатии к секретарше. Моя невнимательность обернулась тем, что сейчас привычный мир неожиданно и резко разлетается на осколки.