— Спасибо. — Искренне благодарю я. — И за кофе тоже. Я люблю с мёдом, но, если мёда нет, можно с ложкой сахара.

— Найдется, — улыбается она и уходит в кофе-поинт за полупрозрачной перегородкой.

Под шум перемалываемых кофемашиной зерен я звоню отцу. Он занят на каких-то переговорах, но обещает перезвонить Лазареву, как только освободится. Помощница колдует у кофемашины. Ее движения спокойные и уверенные. В маленьких городах совсем другой ритм жизни и она, очевидно, никуда не торопится.

— Ваш кофе, Алина, — она ставит передо мной чашку и представляется. — А меня зовут Ева.

Но едва я собираюсь ответить, открывается дверь кабинета Лазарева. Поняв, что он сейчас уйдет, я подскакиваю с кресла, едва не разлив кофе:

— Денис Станиславович, отец не против, чтобы вы рассказали мне о подробностях по делу Тихомирова!

— Он мне еще не звонил. — Лазарев останавливается. По выражению лица ясно: ему не до меня. И всё же, он снисходит до обещания: — Я уезжаю сейчас, но если приедете вечером, мы поговорим.

— Не планировала оставаться здесь до вечера, — нехотя признаюсь я, понимая, что кажется, всё же придется изменить планы.

— Дэн, можно я ей расскажу? — внезапно вмешивается Ева. — Ну пожалуйста! Уверена, Малинин будет не против.

На неё Лазарев смотрит иначе. Сталь мгновенно исчезает из взгляда, а уголки губ приподнимаются в улыбке. Надо же, он умеет улыбаться. Наблюдая за ними, я делаю глоток кофе с мёдом —ничуть не хуже, чем у Виктории.

— Хорошо, — неожиданно легко соглашается адвокат и я понимаю: он вообще на что угодно согласился бы, если бы Ева его попросила.

Судя по кольцам на безымянных пальцах обоих, эти двое женаты, а судя по взглядам, жестам и мимике — друг на друге. Когда перед уходом Ева вручает Лазареву стакан с кофе, поднявшись на носочки, целует в уголок губ и желает удачи в суде, я понимаю, что не ошиблась.

— В деле есть несоответствия, — как ни в чем ни бывало говорит она, когда за адвокатом закрывается дверь. — Денис их нашел еще до суда. Сперва судья не принял их во внимание, потому что все доказательства были косвенными, а подсудимый признавал вину. Но прения получились очень жаркими. Денис умеет выводить людей на эмоции. И Тихомиров проговорился, что Арину убил по чужому указанию.

У меня перехватывает дыхание:

— Он назвал имя?

— Нет. — Ева с сожалением качает головой. — Он быстро взял себя в руки. Вывернулся. Сказал, что не знает. Ему дали контакт и сказали, что нужно сделать. Он сделал.

Валентин солгал. Он точно знает заказчика, просто в очередной раз направил всех по ложному следу.