— А если бы я захотела развода?
— Полетел бы с Машей вдвоём.
— Даже не попытался бы меня остановить?
— Запер бы паспорт в сейфе, — смеётся он.
— Это незаконно.
— Придумал бы что-нибудь.
Я целую его первой. Не осторожно и не спрашивая, можно ли. Саша отбрасывает конверт на кровать и притягивает меня ближе.
— Веришь мне? — шепчет он прямо в губы.
— Верю.
На этот раз в ответе нет ни сомнений, ни страха.
Он целует меня, и всё, что ещё несколько минут назад казалось важным, остаётся где-то за пределами комнаты. Нет ни срока, ни старого листка с условиями, ни двух потерянных лет. Есть его ладони, моё имя, произнесённое вполголоса, и тепло человека, которого я едва не потеряла.
Позже мы лежим под одеялом. Саша лениво перебирает мои волосы, а я задумчиво смотрю в потолок.
— Мы действительно полетим к океану, — вздыхаю я.
— Если переживём дорогу с Машей.
— Она возьмёт все камни, — предупреждаю тихо.
— В самолёт её с ними не пустят, — шепчет Сашка и, кажется, добавляет: — И слава Богу.
— Тогда ты сам это будешь объяснять ей это.
— Поездку можно ещё отменить?
Я смеюсь и толкаю его в плечо.
В коридоре раздаются тихие шаги. Дверь приоткрывается, и появляется Маша с Громом под мышкой.
— Мам?
— Что случилось?
— Мне приснилось, что хомяк потерялся.
— У нас нет хомяка, — ворчливо напоминает Саша.
— Поэтому я его и не нашла.
Она подходит к кровати и смотрит на нас так, будто дальнейшее решение очевидно. Мы молча раздвигаемся. Маша забирается между нами, укладывает Грома на мою подушку и почти сразу засыпает, вытянувшись поперёк кровати.
Её пятка упирается Саше в бок.
— Вот она, семейная романтика, — шепчет он и тихо ржёт.
— Ты сам этого хотел.
— Хотел. Просто не знал, что семья занимает столько места на кровати.
Я нахожу под одеялом его руку. Он переплетает наши пальцы, а между нами тихо сопит Маша.
Год, на который мы когда-то договорились, закончился.
Глава 47
Утро начинается не со звонка будильника, а с ощутимого толчка под рёбра. Я открываю глаза и несколько секунд лежу неподвижно, собираясь с силами. На восьмом месяце даже повернуться на другой бок это целая операция. Живот тянет вниз, поясница ноет, ноги к вечеру отекают.
К счастью, у меня есть помощники. Из кухни доносится звон посуды, затем короткий грохот и приглушённое ругательство.
Саша снова пытается приготовить завтрак, никого не разбудив.
Я осторожно сажусь, придерживая живот. Пол под ногами кажется холодным, хотя в квартире тепло. Не успеваю дотянуться до халата, как дверь приоткрывается.
Саша заглядывает в спальню в старой футболке и клетчатых домашних штанах, в руке он уверенно держит венчик.