— Да, — натянуто улыбаюсь я. — Теперь вот пришла за компанию с мужем. Он подаёт документы на удочерение вместе со мной, так что ему нужно пройти подготовку.
Зоя Петровна переводит взгляд на Сашу, пристально изучает его.
— Понятно. Вы ведь в курсе, что вам, Оксана, повторно проходить курс не обязательно? Свидетельство бессрочное.
Я киваю. Уже уточняла этот вопрос у Максима, и тот сразу сказал, что перепроходить обучение не нужно. Только вот Чернов не пойдёт учиться один.
— Просто хочу поддержать мужа, — спокойно отвечаю я.
Саша сразу напрягается, моментально наклоняется и шепчет в самое ухо:
— Ты не говорила, что уже была здесь.
— А зачем? — пожимаю плечами.
— Чтобы я знал. А теперь ты тут будешь умничать перед всеми, да?
Он прищуривается, будто подозревает меня в чём-то.
— Буду молчать, если хочешь.
Сашка фыркает и отворачивается, сложив руки на груди в знак протеста. Как дитё, ей-богу.
Зоя Петровна начинает занятие. Она сперва представляется, немного рассказывает о том, что всем предстоит узнать, записывает всех в свою маленькую серую книжку, знакомится, а уже после переходит к основной информации. На экране появляется слайд с заголовком “Травма привязанности у детей-сирот”. Она объясняет, что такое привязанность, как она формируется в раннем возрасте и что происходит, когда ребёнок теряет родителей.
— Как вы думаете, — спрашивает женщина, приспустив очки на кончик тонкого носа и обводя взглядом аудиторию, — что чувствует ребёнок, когда его забирают из детского дома и помещают в новую семью?
Сидящая впереди женщина поднимает руку.
— Радуется? Он наконец-то обретает семью.
Зоя Петровна качает головой с легкой улыбкой.
— Частично вы правы, но всё же чаще ребёнок испытывает страх. Он не знает, кто эти люди, можно ли им доверять, не предадут ли они его, как предавали другие взрослые. Поэтому первое время дети могут быть замкнутыми и агрессивными. А иногда наоборот чрезмерно ласковыми. Всё это защитные механизмы психики.
Она смотрит на меня и указывает ручкой.
— Оксана, вы ведь уже проходили этот курс, — как только Зоя Петровна произносит это, с первых мест на меня оборачиваются люди. — Ну-ка, удивите, что вы помните о стадиях адаптации?
Саша моментально напрягается и поворачивается в мою сторону, подперев рукой щеку и ядовито улыбаясь. Но я отвечаю на вопрос, потому что не ответить было бы просто глупо.
— Могу соврать, но, кажется, первая стадия называется “медовый месяц”. Это когда ребёнок старается понравиться и ведёт себя идеально. Вторая это кризис, когда он проверяет границы дозволенного и провоцирует. И третья стадия это уже привыкание, когда ребёнок начинает доверять.