Заметив нас, Маша спрыгивает на землю и несётся к воротам. У самых прутьев останавливается, будто вспоминает, что торопиться к взрослым не всегда безопасно.
— Няня сказала, что вы приедете! — лепечет она, переводя дыхание.
— Как обещали, — отвечаю я.
В руках у меня пакет с плюшевым зайцем, которого я купила в тот день, когда встретила Веру. Я достаю игрушку и протягиваю Маше.
— Это тебе.
Она берёт зайца осторожно, обеими руками.
— Правда? На день рождения?
От этого вопроса у меня на секунду пропадает голос.
— Правда. Но это не на день рождения, Машуль, это просто так.
Маша прижимает игрушку к груди и трётся щекой о мягкое ухо.
— Как ты его назовёшь? — спрашивает Саша.
— Не знаю, — задумывается девочка.
Саша присаживается рядом с ней.
— Тогда предлагаю назвать его Громом.
Маша недоверчиво разглядывает белого пушистого зайца, будто не веря, что этот милашка может иметь такое имя.
— Почему Гром? Он тихий!
— Это для маскировки, — с улыбкой поясняет Чернов. — Когда будет гроза, она подумает, что Гром уже здесь, и уйдёт.
Маша хмурится ещё сильнее и даже чуть притопывает ножкой в розовом сапожке.
— Гроза так не умеет.
— Откуда ты знаешь? Ты с ней разговаривала?
Маша задумывается, потом качает головой.
— Вот и я не разговаривал, — заключает Саша. — Значит, проверить не можем.
Она улыбается и поднимает зайца почти над головой.
— Хорошо. Будет Громом.
Пока Алла Петровна договаривается с заведующей, Маша водит нас по двору. Показывает песочницу, беседку и клумбу, возле которой однажды нашла большого усатого жука. Рассказывает, что любит рисовать домики, радуги и всякие растения, а ещё любит рисовать кошечек и собачек, потому что в детском доме их нет, но Маше они очень нравятся.
В беседке лежит целая стопка детских книг, и Маша выбирает одну, листает, быстро теряет интерес и снова принимается болтать. Она перескакивает с одного на другое, задаёт вопросы и не всегда дожидается ответов. Саша сначала пытается следить за ходом её мыслей, потом сдаётся.
— А у вас дома есть балкон? — спрашивает она.
— Есть, — отвечаю я.
— Большой?
— Не очень, — признаётся Саша.
— А кошка?
— Кошки нет, — он качает головой и косится на меня.
— Почему?
— Пока не завели.
— А карандаши?
— Карандаши есть, — вспоминает Саша. Он на днях купил огромный набор, там и восковые мелки, и карандаши, и фломастеры, куча раскрасок по сказкам и с принцессами — в общем, всё для детского удовольствия. — Целая коробка.
Маша удовлетворённо кивает. Похоже, отсутствие кошки она готова нам простить взамен на карандаши.
Через полчаса нас приглашают в кабинет заведующей. Ирине Викторовне около пятидесяти, на ней строгий тёмно-синий брючный костюм, а на столе всё разложено с такой аккуратностью, что мне страшно даже дышать в сторону этого идеального порядка.