Она проверяет заключение, перелистывает копии паспортов и задаёт вопросы, на которые мы уже отвечали комиссии.
— Предварительно препятствий для гостевого пребывания нет, — делает вывод она. — Но вы должны понимать: для Маши это не развлечение и не обычная поездка. Новое место может вызвать сильную тревогу. Днём ребёнок играет и улыбается, а ночью плачет и требует вернуть его обратно. Такое случается часто.
— Мы понимаем, — отвечает Саша.
— Понимать на словах и столкнуться с этим дома — разные вещи.
Он кивает. Под столом его колено касается моего.
— Не обещайте Маше того, чего пока не можете выполнить, — продолжает Ирина Викторовна. — Гостевой режим не означает, что она сразу останется у вас. Впереди оформление и суд. Объясняйте всё честно и простыми словами.
— Хорошо, — с готовностью киваю я.
— И последнее: решение о поездке она должна принять сама. Если откажется, настаивать нельзя.
Когда мы возвращаемся на площадку, Маша сидит на скамейке и расчёсывает пальцами уши Грома. Увидев нас, она выпрямляется.
Я сажусь рядом.
— Маш, можно тебя кое о чём спросить?
Она настораживается и крепче прижимает зайца, будто боится, что его заберут обратно.
— Мы хотим пригласить тебя к нам на выходные. Покажем квартиру, твою комнату. Погуляем, порисуем. Ты согласна?
Маша переводит взгляд на Сашу. Он стоит чуть поодаль, засунув руки в карманы.
— А потом вы меня сюда привезёте?
— Да, в воскресенье, — отвечаю я. — Такие правила.
— А если я не захочу обратно?
Вспоминаю слова Ирины Викторовны. Проще всего сейчас сказать, что она останется с нами навсегда. Но Маша уже слишком хорошо знает цену взрослым обещаниям.
— Тогда ты нам об этом скажешь, — объясняю я. — Мы поговорим с Ириной Викторовной и будем оформлять документы дальше. Но сначала всё равно придётся вернуться сюда. Ненадолго.
— Почему?
— Потому что нельзя просто взять и нарушить правила.
Саша подходит и садится перед ней на корточки.
— Мы тебя не обманем, Маш. В пятницу заберём, в воскресенье привезём обратно. Потом снова придём. А дальше будем делать всё, чтобы тебе уже не пришлось сюда возвращаться.
Она долго молчит, поглаживая зайца по голове.
— Гром тоже поедет?
— Он главный пассажир, — отвечает Саша.
— Тогда я согласна.
На обратном пути я несколько раз оглядываюсь на детский дом. Маша стоит возле ворот и машет нам лапой зайца.
— Она согласилась, — шепчу я, когда мы садимся в машину.
— Я слышал.
— Ты был уверен, что она согласится?
Саша вставляет ключ в замок зажигания, но не поворачивает.
— Нет.
— А выглядел так, будто вообще не сомневался.
— Это лицо у меня такое.