Асад покачал головой.
— Карл, пройдет совсем немного времени, и ты станешь самым разыскиваемым человеком во всей Дании. Как только они поймут, что ты выбрался из взорванной камеры живым, начнется охота. Тебе сейчас нельзя ни с кем связываться. Телефоны всех твоих близких и знакомых будут поставлены на прослушку и мониторинг. И мой телефон, будь уверен, окажется в этом списке в первую очередь.
Карл молча кивнул. «Самый разыскиваемый человек в стране» — к сожалению, формулировка была пугающе точной.
На крутом повороте при выезде из города в паре сотен метров впереди наконец показался серый «Мерседес». Он двигался на юг в спокойном, размеренном темпе — сидевшие в салоне люди явно не подозревали, что у них на хвосте кто-то есть.
Асад коснулся экрана телефона, и соединение установилось буквально через пару секунд.
— Терье Плоуг! — отозвался уставший, сухой голос на том конце провода.
Карл согласно кивнул. То, что Асад набрал именно Плоуга, было абсолютно правильным шагом. Теперь Карлу нужно было во что бы то ни было сдержать подступающий кашель.
— Это Асад. Ты уже в курсе насчет теракта?
— Еще бы, — ответил Плоуг. — Я смотрел репортаж по News о вчерашних событиях в Капитолии, как вдруг трансляцию прервали экстренным выпуском. Прямо сейчас крутят кадры горящего следственного изолятора. Что там у вас стряслось, Асад? Передают, что целью была именно камера Карла. Его уже нашли? Он жив, тебе что-нибудь известно?
— Деталей пока не знаю, нет. Но слушай меня внимательно: я только что выехал из Слагельсе и сейчас преследую машину, которая принадлежит нападавшим.
Он быстро продиктовал Плоугу регистрационные номера «Мерседеса» и текущие GPS-координаты.
— Мы движемся на юг. Мы абсолютно без оружия, так что нам срочно требуется поддержка перехвата.
— Мы? Кто это — «мы»?
Асад в досаде закатил глаза, понимая, что сболтнул лишнего.
— Просто сделай всё, чтобы перекрыть трассу дальше на юге! Перекройте все съезды и проселочные дороги, чтобы они не соскочили, и оставайся на связи!
В динамике раздался характерный писк — Плоуг уже параллельно переключался на экстренную линию координации.
— Без оружия, говоришь, Асад? — Карл сильно закашлялся, наклонился к полу и поднял пистолет за деревянную рукоять. — Посмотри на это. Девятимиллиметровый «Нойхаузен»[124] . Называть нас после этого безоружными — это, черт возьми, явное преувеличение.
Асад снова мельком взглянул на пистолет.
— Он заряжен?
Карл привычным движением повернул оружие, извлек магазин, а затем слегка передернул затвор, проверяя патронник. Наличие патрона подтвердилось.