— Да, Роза, вполне возможно, что всё именно так и обстоит. Возможно, они считают, что он знает гораздо больше, чем нужно. Организация, с которой мы имеем дело, абсолютно беспощадна.
— Но ведь мы можем это кому-то объяснить, Харди, — подал голос Гордон.
— Ты как раз можешь попробовать разузнать побольше о Расмусе Бруне, когда будешь общаться с ребятами из Схидама и Роттердама, — подсказала Роза. Гордон расплылся в улыбке. В мыслях он уже вовсю покупал билет на самолет.
— Отлично, ну а я тогда попробую раскопать что-нибудь о деятельности этого Расмуса Бруна здесь, в Дании, — вызвался Асад, уже начиная подниматься со стула. Прошло порядочно времени с их последнего дела, но в его карих глазах снова загорелся знакомый азартный огонек.
Харди отрешенно смотрел в пространство перед собой. Было очевидно, что какая-то мысль не дает ему покоя.
— И... — он осекся и пару раз сухо, коротко покашлял. — Возможно, я пока попробую как-то пробиться и навестить Карла.
— Ну, в таком случае фотографы и репортеры, которые дежурят у ворот изолятора Слагельсе, точно словят шок и сделают весьма необычные кадры для своих газет, — подытожила Мона.
ГЛАВА 21
Пятница, 1 января 2021 года
РОЗА
Дома у Розы новогодним настроением и не пахло. Во-первых, накануне она перебрала с джин-тоником и улеглась только в шесть утра, из-за чего все синапсы в её мозге накоротко замкнуло и вывело из строя. Во-вторых, накатившая беспросветная тоска казалась совершенно непреодолимой. Ну и в довершение всех бед, она начала шмыгать носом — по дороге домой ночью было адски холодно.
Насколько всё паршиво, стало окончательно ясно, когда она проснулась с раскалывающейся головой под крики с парковки: какие-то незнакомые голоса настойчиво орали её имя.
Как и всегда, когда она не приводила к себе случайного мужика на одну ночь, в квартире она была одна. Но редко когда голые стены спальни давили на неё так гнетуще и обвиняюще.
Карла забрали, и кто теперь должен рулить парадом — она, что ли? Должна ли она втайне от всех заставить Асада, Гордона и себя сотворить чудо? Держать начальника убойного отдела и его ищеек на расстоянии? Послать к чертям собачьим фотографов и репортеров, которые торчат на парковке и пялятся на окна её кухни? Дать Отделу Q ключи к пониманию дела, в котором даже главный свидетель, Карл Мёрк, не может пролить свет?
Она сползла с кровати. Сил на то, чтобы доползти до душа, не было — одна мысль о том, что придется менять нижнее белье, вгоняла в ступор.
Настенные часы смотрели на неё с явным укором, но она лишь погрозила им указательным пальцем: — Ты мне тут, бляха-муха, не начинай. Сегодня первое января, и мне глубоко насрать, что на часах уже три дня. Я…