— Он говорил конкретно, что собирается делать?
— Нет, но таков уж был Эдди. Когда дело касалось работы, он всегда был крайне неразговорчив.
Тут её бывший коллега-мужчина перешёл на очень прямой тон, и это было неприятно.
— У вас был коронавирус, вы с дочерью были изолированы в квартире. И ты действительно поверила, что он мог просто так сорваться и уйти на собственное расследование на несколько дней, ничего тебе не сказав, Фемке? Он ведь даже машину не взял, верно? Расскажи нам правду. Почему ты не заявила о его исчезновении?
Она прижала кулак к губам:
— О-о-х, это так стыдно, мне почти тяжело говорить об этом.
— Ну же, Фемке, всё в порядке, говори, — подбодрила её подруга, похлопав по плечу.
— Мы ведь поехали туда в те дни ещё и для того, чтобы наладить наш брак, но ничего не вышло. Мы ругались с утра до вечера. И в конце концов я заявила, чтобы он проваливал на все четыре стороны, потому что из-за него Марика постоянно плакала. И он ушёл.
В комнате воцарилась тишина. Внутри Фемке вспыхнуло облегчение — наконец-то ей удалось состряпать правдоподобное объяснение.
— Понятно! То есть ты подумала, что он поймал тебя на слове, и никак не связала это с теми угрозами, о которых он говорил, верно я понимаю? — спросил Борис.
Она глубоко вздохнула. Они проглотили эту ложь.
— Да. А через пару дней, когда и мне, и Марике стало лучше, я поехала домой.
Борис медленно кивнул:
— И у тебя нет ни малейшего представления о том, кто ему угрожал? Ни имён, ни зацепок?
— Мне очень жаль, но я ничего не знаю.
После ещё одного часа расспросов они поинтересовались, могут ли чем-то ей помочь. Нужно ли кому-то позвонить или вызвать кризисного психолога?
Когда она вежливо отказалась, они ушли.
Фемке почувствовала огромное облегчение. Исход этого вечера полностью её оправдал. Никто не знал, что именно она сделала тот анонимный звонок в полицию. Никто не знал, насколько преданным мужем на самом деле был Эдди. И никто не мог знать, что как только за ними закроется дверь, она перероет все вещи Эдди, и где-то там — скорее всего, в сейфе — обнаружится ключ к тому состоянию, на существование которого она так надеялась. И которым она, в случае успеха, ни с кем не намерена делиться.
ГЛАВА 47
Среда, 6 января 2021 года, глубокая ночь
ФЕМКЕ
Прижимая Марику к себе, Фемке забылась тревожным сном на кровати в спальне. Девочка немного поплакала и поспрашивала о папе, и Фемке выключила свет, притянув её к себе, чтобы дочь не видела, в каком она ужасе. Перед глазами слишком отчётливо и ярко вспыхивали картины: её муж, приколоченный к креслу, и его тело, из которого медленно вытекает кровь. Эти образы никак не отпускали её.