Но, может быть, в случившемся была её вина? Вдруг она требовала от мужа и от жизни слишком многого — больше, чем он мог ей дать, и потому он чувствовал себя обязанным идти на все эти отвратительные вещи? Было ли это ради неё?
И что хуже всего, могла ли она спасти его, если бы сразу вошла в тот дом в польдерах? Смогла бы она найти хоть что-то, чтобы уложить тюремщика Эдди на лопатки? Удар заступом по затылку, например? Кухонный нож в спину? Невозможно было не думать о том, что это могло бы изменить всё. Кровотечение у Эдди, возможно, удалось бы остановить, она перевязала бы его и отвезла в ближайшую больницу. Там они могли бы настоять на том, что это несчастный случай на производстве, а после вернуться домой. Позволить времени залечить его раны и вытащить на поверхность какие-то безопасные, надёжные решения. Тогда Эдди смог бы разобраться с их ресурсами, и, возможно, где-то уже ждали своего часа деньги, дома и новая жизнь.
Фемке уныло всматривалась в темноту. Всё это было лишь пустой игрой воображения. Эдди мёртв, а похититель на свободе, где-то там. Что он может выкинуть? Захочет ли он разыскать её, и если да, то зачем? Он вполне способен на это, ведь он знает их адрес — он бывал здесь несколько раз.
Только теперь до неё начали доходить возможные последствия, ведь тот ублюдок наверняка подверг Эдди пыткам в том жутком месте. Ей рассказали только о гвоздях, пробивших запястья, но какие ещё ужасы с ним творили до этого? Удалось ли этому гаду развязать Эдди язык? Знает ли он уже, где Эдди прятал свои секреты и вещи?
Фемке осторожно отстранилась, чтобы Марика соскользнула на одеяло и продолжила спать. Затем она достала из сумочки флешку и вставила её в ноутбук, который стоял в её маленькой комнатке со швейными принадлежностями и книгами, с которыми ей жалко было расставаться. Рядом с ноутбуком стояла тёмная фоторамка: Марика на руках у Эдди у лодочной пристани в Хоорне. Она обожала этот снимок, но это было в прошлом. Сейчас ей пришлось положить рамку на стол лицом вниз.
Она кликнула по иконке внешнего диска флешки, и на экране появилось содержимое Эдди. Файл не выглядел чем-то примечательным, но зато содержал в себе заявление более чем на тридцать страниц, которое могло бы разрушить жизни огромного количества людей, включая её собственную. Тогда она приняла решение — непростое, но необходимое — и прикрепила файл к электронному письму, которое тут же отправила самой себе. Письмо она назвала «Марика 2020», после чего полностью стёрла содержимое флешки. Для верности она скопировала на неё фотографии, сделанные за последнее полугодие. Файл на флешке она тоже назвала «Марика 2020» и убрала её на полку к фотоальбомам.