Она улыбнулась этой мысли и подняла глаза на пару кошмарных предметов из коллекции Эдди — портреты известных рок-музыкантов, вырезанные на старых виниловых пластинках. Он с гордостью притащил их с блошиного рынка в Лейдене и, наперекор её воле, прибил на самом видном месте над телевизором. Её взгляд замер, наткнувшись на портрет главного кумира Эдди — Джими Хендрикса[112] . С буйной шевелюрой и растрёпанной бородкой он смотрел на неё пустыми глазницами, заставив её вздрогнуть, а затем утвердительно кивнуть[113] . Хендрикс!.. Если это не связано с ним, то завтра придётся начинать всё сначала.
Она встала, подошла к полке Эдди с пластинками и дисками, которые, разумеется, были расставлены в алфавитном порядке, достала все альбомы Джими Хендрикса и исследовала их один за другим. Затем вытащила диски Хендрикса с бутлегами и специальными изданиями, но и там не нашла никаких цифр, которые подошли бы для комбинации сейфа.
— Теперь книги, — тихо произнесла она и вернулась в швейную комнату, где справочники и биографии Эдди стояли на полке прямо над её собственной скромной коллекцией. Она пролистала все покупки Эдди, связанные с рок-музыкантом, и в изнеможении опустилась в швейное кресло — зацепиться было не за что. В отчаянии она посмотрела на полку и внутренне почувствовала: что-то не так, что-то она упустила.
И тут она вспомнила, что книги стояли не по идеальной прямой линии: одна из них была выдвинута вперёд на пару сантиметров. Она перевела взгляд на две полки ниже. Там ровным рядком стояли её книги по искусству шитья. Если хотелось скопировать Диора, Бальмена, Ив Сен-Лорана или кого-то другого из великих кутюрье, достаточно было полистать эти книги. И именно одна из этих книг была выдвинута на пару сантиметров.
Она посмотрела на маленький письменный стол: там лежала книга, которой она пользовалась в последний раз и которую следовало вернуть на место — как раз рядом с той, что была выдвинута.
«Куда же тогда делась недостающая книга о Джими Хендриксе?» — подумала она. По логике вещей, это была та книга, которую Эдди читал последней, и где бы это могло происходить, как не в гостевой комнате? Может, он её и не читал вовсе, может, ему просто нужно было иметь комбинацию поближе к сейфу — такова была её надежда.
Она подскочила, зажгла везде свет и во второй раз за вечер замерла в гостевой комнате, сканируя пространство уже совершенно другими, обострившимися глазами. «Неужели правда?» — подумала она, шагнула к кровати и приподняла подушку. И там она и лежала:«Жизнь и смерть Джими Хендрикса» , написанная Миком Уоллом.