«Ты сама это заварила», — мысленно приструнила она себя и стиснула зубы. Это был этап, через который необходимо пройти.
Позже она поехала в Полицейское управление в центре города, где у нее были запланированы консультации с двумя заключенными-иностранцами в местной тюрьме.
Ей едва удалось оторваться от репортеров, которые преследовали её по пятам и выпрыгивали из машин, чтобы перехватить на ходу. Она уже собиралась проскочить мимо охраны у ворот, как её остановили и передали требование незамедлительно явиться в кабинет директора полиции.
Мало того что директор полиции ждала её при полном параде и с тяжелым, жестким взглядом, там же присутствовал и Маркус Якобсен. По нему было отчетливо видно, что он всё еще кипит после нагоняя, который ему, судя по всему, только что устроили.
«Лишь бы она была на стороне Карла и на нашей стороне», — наивно понадеялась Мона.
Однако директор полиции склонила голову набок, что не предвещало ничего хорошего. — Надеюсь, вы оба понимаете, что я вынуждена со всей серьезностью отнестись к тому медийному шторму, в который нас только что швырнуло.
Директор уставилась на них своими ненакрашенными глазами. Очевидно, этим утром у нее просто не хватило времени нанести привычный слой туши.
— Маркус отрицает какую-либо причастность к этим публикациям в прессе, — продолжила она, — так что сейчас ему пришлось принять весь удар на себя за то, что он не обеспечил Карлу должную безопасность.
Мона едва сдержалась, чтобы не зааплодировать, но начальник убойного отдела демонстративно отвел взгляд. На этот разнос Маркусу, судя по всему, было глубоко наплевать. Пожалуй, еще никогда в жизни он не был так разочарован в вышестоящем руководстве.
— Итак, Мона. Сейчас подозрение падает либо на тебя, либо на троих следователей из Отдела Q, понимаешь? Поэтому я спрашиваю прямо: это вы слили прессе всю эту информацию?
Мона посмотрела на директора полиции со сдержанным спокойствием: — Хорошо, сейчас вы спрашиваете меня. Но сперва, раз уж вы так потрясены тем, что ситуация выходит из-под контроля, вам следовало бы спросить своего начальника убойного отдела: почему ОН не выходит к прессе и ничего не объясняет?
Она повернулась к Маркусу Якобсену, который выглядел старее, чем когда-либо. Возможно, он уже был слишком стар, когда возвращался в Полицейское управление. Возможно, это дело действительно оказалось для него лишним.
Мона перехватила его яростный взгляд: — Тебе следовало бы официально рассказать всё о деле Сисле Парк и об уникальной полицейской работе Отдела Q, Маркус. А еще стоило бы проинформировать общественность о том, в чем именно заключается обвинение против Карла. Если ТЫ этого не сделаешь, то вам придется и дальше терпеть те тумаки, которые сыплются на вас через СМИ.