Ибрагим медленно снимает с меня платье, его движения плавные, осторожные. Он укладывает меня на лепестки роз и смотрит на меня так, будто видит впервые.

— Моя жена, — шепчет он, и эти слова звучат как клятва.

Этой ночью он особенно нежен. Он будто не берет, а дарит. Он показывает мне, что близость может быть не только актом обладания, но и актом нежности. Он целует каждый сантиметр моего тела, словно стирая все следы прошлого. Я отвечаю ему. Не как покорная рабыня, а как женщина, которая чувствует себя… почти любимой.

Когда все заканчивается, мы лежим в объятиях друг друга. Я прижимаюсь к его груди, слушая стук его сердца. Тишина кажется уютной. Но один вопрос не дает мне покоя.

— Почему? — шепчу я в темноту. — Почему ты сделал меня своей женой? А не Сару… не ту девушку из хорошей семьи?

Он молчит так долго, что я думаю, он не ответит. Я чувствую, как Ибрагим глубоко вздыхает.

— Я не знаю, — наконец говорит он, и в его голосе звучит искренняя растерянность.

Вместо слов он снова целует меня. Еще более нежно, чем раньше. Словно в этом поцелуе он пытается найти ответ для самого себя. Словно пытается доказать и мне, и себе, что его безумный, иррациональный поступок правильный. И в этот момент, в его объятиях, я почти готова ему поверить.

Глава 13

Глава 13

Глава 13. Дурная кровь

Ибрагим

Я сам не верю, что сделал это. Женился на ней. На дочери своего врага. На той, что должна была стать лишь инструментом мести. Каждый раз, когда я смотрю на нее, спящую рядом со мной, такую беззащитную, я спрашиваю себя: зачем? И не нахожу ответа. Просто не могу представить свою жизнь без нее. Мысль о том, что Алина может быть с кем-то другим или просто не рядом, вызывает во мне первобытную ярость. Она — моя. Теперь уже по всем законам: и человеческим, и божеским.

Но мой мир не разделяет моего безумия. И главным моим противником становится собственная мать. Она не смирилась, не смогла простить мне отмену свадьбы с влиятельной семьей. Каждый день, каждый раз, когда мы остаемся наедине, она заводит свою шарманку.

Сегодня она подкараулила меня в кабинете, когда я разбирал счета.

— Сын мой, — начинает она своим вкрадчивым голосом, от которого у меня сводит зубы. — Ты глава рода. Тебе нужны наследники. Настоящие наследники. Ты должен взять вторую жену. Из хорошей, чистой семьи. Сара простит тебя, ее отец мудрый человек, он поймет.

— Я только что женился. Пока достаточно одной жены, — отвечаю я, не отрываясь от бумаг.

— Эта?! — ее голос звенит от презрения. — Это отродье убийцы не принесет в наш дом ничего, кроме позора. Ее кровь отравлена. Какие дети могут родиться от такой? Жди новые беды. Ты женился на ней, чтобы свести меня в могилу! Чтобы окончательно растоптать память о своем брате и отце! Как ты мог, Ибрагим?!