Что здесь произошло? Пожар? Почему дом не отстроили заново? Я опускаюсь на корточки, провожу рукой по холодной, шершавой поверхности камня. В голове пустота. Моя надежда найти здесь ответы, найти родственников, рушится.
— Копия своей матери.
Голос за спиной — низкий, с рокочущими нотками. Я вздрагиваю всем телом и резко оборачиваюсь.
Передо мной стоит мужчина. Высокий, широкоплечий, словно высеченный из той же скалы, на которой стоит аул. На вид ему лет тридцать пять, может, чуть больше. Густая черная борода, строго очерченные губы, прямой нос и глаза… Такие темные, что кажутся бездонными. Они смотрят на меня в упор, без тени улыбки, пронзительно. От этого взгляда по спине бежит холодок. На нем простая темная одежда, но в каждом его движении, в осанке чувствуется сила и уверенность хозяина этих мест.
— Ты дочь Анзора? — спрашивает он строго.
Я, все еще находясь в шоке, киваю. Это, должно быть, родственник... Или старый друг семьи. Кто-то, кто помнит моих родителей! Вся боль и разочарование от вида руин сменяются ликованием.
— Да! Да, я Алина Караева. А кто вы? Вы знали моего отца?
Он делает шаг ко мне. Расстояние между нами сокращается, и я чувствую исходящую от него ауру опасности. Он усмехается, но уголки его губ изгибаются в хищном оскале, а не в улыбке.
— Я твоя погибель.
Мир вокруг замирает. Что? Я ослышалась?
— Я так долго искал вашу семью. Наконец-то мы встретились. Как удачно, что ты сама сюда приехала…
— Что? О чем вы? — лепечу я, отступая на шаг назад. Радость сменяется леденящим ужасом. Это какая-то злая шутка.
— Я Ибрагим Аскаров, — произносит он свое имя так, словно оно должно объяснить все. Но для меня это лишь набор звуков.
Я не успеваю ничего понять. Он делает резкий выпад, и его пальцы, твердые, как стальные тиски, смыкаются на моем запястье. Больно. Я вскрикиваю, пытаюсь вырваться.
— Пустите меня! Вы с ума сошли!
— Замолчи, — рычит он, игнорируя мои протесты. Он просто тащит меня за собой вниз по улице. Я спотыкаюсь, пытаюсь упереться ногами, но против его силы я будто перышко на ветру.
— Помогите! — кричу я, но редкие прохожие лишь опускают глаза и ускоряют шаг. Никто даже не смотрит в нашу сторону. Мы проходим мимо той самой старушки, что указала мне дорогу. Я смотрю на нее с отчаянной мольбой. И вижу, как на ее морщинистом лице появляется… злорадная улыбка.
Что происходит? Мне все это снится? Это какой-то кошмарный сон! Почему никто мне не помогает?
Ибрагим Аскаров дотаскивает меня до черной машины, которая оказывается припаркована рядом с моей... Но, когда я приехала сюда, ее тут не было. Из машины выходят двое мужчин в темной одежде с каменными лицами. Они молча открывают заднюю дверь.