Туда-то и собирался проводить нас босоногий трубач. При этом он с вожделением поглядывал на автомобиль, рассчитывая, вероятно, прокатиться, стоя на подножке. Но не повезло — Гоппиус, сидевший рядом с шофёром, торопливо распрощался с нами и скомандовал ехать. Легковушка плюнула облачком газолиновой гари, развернулась и, разгоняя клаксоном голубей, покатилась по засыпанной песком дорожке. Мы знали, что Евгений Евгеньевич намерен был задержаться в коммуне — в первую очередь, для того, чтобы отладить пресловутый второй комплект нейроэнергетического оборудования, установленного в лаборатории особого корпуса. И нам с Марком, как ни крути, не избежать в самое ближайшее время знакомства с этим загадочным заведением.

— Ну что, пошли? — спросил Тёмка, провожая машину огорчённым взглядом. — Если поторопитесь, то успеете к обеду. Отряды, правда, уже поели, но у поваров наверняка что-нибудь да осталось…

— Мы на аэродроме перекусили, в буфете. — солидно ответил Марк. — Но от чаю, пожалуй, не откажемся.

— А дорогу сами найдём, небось не забыли. — добавил я.

Тёмка строго свёл брови.

— Не положено! Раз вы отсутствовали в коммуне без уважительной причины — я должен проводить вас к дежурному командиру, и пусть он решает, как с вами быть.

— А если с уважительной? — осведомился я с лёгкой ехидцей в голосе. — С причиной, в смысле, уважительной? Тогда как?

Тёмка на миг задумался, но быстро нашёл выход.

— А почём мне знать, уважительная она у вас или нет? Это пусть дежком решает, а то и сам Антоныч. И вообще, пошли, хватит болтать!

Я вздохнул и пошёл по дорожке вслед за трубачом. Мне вдруг остро захотелось снять башмаки и пройтись по нагретому на солнце песку босиком, как он.

…а почему бы, собственно, и нет? Имею полное право…

Я сел на корточки и, не обращая внимания на нетерпеливые жесты провожатого, стащил ботинки. За ними последовали носки; я затолкал их внутрь, связал шнурки и повесил получившуюся ношу на шею так, чтобы башмаки свешивались мне на грудь. Спутники смотрели на меня с удивлением, затем Марк понимающе улыбнулся, подмигнул — и последовал моему примеру.

Как же приятно чувствовать усталыми ступнями тёплый, нагретый за день солнцем, крупный песок! Я с удовольствием переступил с ноги на ногу, наслаждаясь этим ощущением.

— Ну что, всё? — недовольно спросил Тёмка. — Можно уже идти? И поскорее, а то и без чая останетесь!

И, не оборачиваясь, поскакал к роще. Мы с Марком поторопились за ним следом, и я на ходу мурлыкал под нос куплеты, прилипшие ко мне ещё в харьковском аэропорту:

…В общем, так мы докатались,