– Читайте вслух.

И читать надо до тех пор, пока не ответят ей на все вопросы. Изувер. Знает наизусть все исторические даты, факты и события. Слушает и стучит ножами, типа еду готовит.

Соджун вспомнил одну сцену. Как-то она пришла в гости к матери вместе с детьми. Только сели за стол, и она вдруг спрашивает у дочек, кто такие Кирилл и Мефодий. Он удивился: откуда у ее маленьких девочек знакомые с такими странными именами? Когда спросил, где живут Кирилл и Мефодий, сестра захохотала как безумная и снова повторила: «Кто знает названных лиц?»

– Я не знаю!

Мать смотрела на дочь таким взглядом, словно хотела пронзить ее безжалостное сердце. Еда на столе остывает, а она вопросы задает; хочет показать, что она умная, как утка.

– Я тоже не знаю, – погрустнел Валерий.

– И я, – рассмеялась Наталья.

После обеда бедные племянницы читали по десять раз про Кирилла и Мефодия. Интересно, помогут ли они когда-нибудь девочкам, эти мужики, Кирилл и Мефодий. Сестру не интересовали мнения других людей. Поступала так, как считала нужным.

Соджун однажды услышал, как средняя сестра жаловалась матери:

– Мария жалости не знает. Забрала меня к себе в общежитие, из квартиры, заставила спать с ней на одной узенькой кровати валетом. В шесть утра уже пинает ногами, будит меня. Не встанешь вовремя – обливает холодной водой и сажает за книги. Я плакала, а ей хоть бы хны. Усядется рядом и сверлит меня глазами, как змея. Сердца у нее нет, никогда не прощу ей издевательств.

Странные существа – женщины. Соджун открыл рот, когда та же сестра, жаловавшаяся на жестокость старшей сестры, медленно, словно нехотя, проговорила:

– Не знаю, может быть, она и права была. Ведь из всей нашей большой компании диплом о высшем образовании получила я одна.

* * *

Дочь угомонилась, сын ушел в степь, а мать размышляла, что делать с заявлением сына о женитьбе. Надо бы дать разрешение, благословить его, но что такое восемнадцать лет? Дочь права, но не понимает многих вещей и рубит сплеча. Как бы дров не наломать.

Соджун ушел подальше от землянки и улегся прямо на землю, смяв высокую траву; смотрел в ночное небо с яркими звездами и не знал, что делать. Розу он не может потерять, но и матери обязан помочь, это долг старшего сына. Вернулся в землянку. Мать и сестра спали. Он тихо лег на край топчана и уснул, приняв решение.

Утром мать не смогла подняться с постели. Сестра приготовила завтрак. Подала яичницу и села напротив брата.

– Что делать будем? Как мать оставим одну? Свекровь сгрызет меня, если не вернусь домой сегодня.

– Я могу побыть здесь еще неделю. Только справку надо взять из больницы.