— Бывает, — угрюмо буркнул Рэд.

Кирилл догадывался, что Сталкер, хоть вслух и не говорит, про себя отмечает каждый пройденный километр.

— Послушай, — вспомнил Андрей Юрьевич, обращаясь к Джеку. — А как ты узнал про засаду? Мы, все трое, ни сном ни духом — а ты вдруг: «Ложись!» А?

Жека принял многозначительный вид. Кирилл вздохнул. На несчастного Андрея Юрьевича готовились опрокинуть бочку глумливого вранья.

— Меня, по детству, инопланетяне похитили и сверхспособностями наградили, — доверительно рассказал Джек. — Слух теперь — зверский! В подвале мышь пукнет — а я на чердаке услышу. Представляешь, как мучаюсь?

Андрей Юрьевич только укоризненно покачал головой.

На третью ночь пути, когда, судя по карте, отряд приближался к Омску, издали прилетело странное чириканье. У Кирилла уже выработался навык реагировать на неожиданные звуки одинаково — он расстегнул кобуру.

А адапты, как ни странно, этого не сделали. Переглянулись с недоверием и радостью. Джек издал горлом острожную трель, в ответ прилетело нечто, отдаленно похожее. Джек расплылся в улыбке. Они с Рэдом спринтерским шагом — как будто и не было за плечами тяжелого ночного перехода — устремились вперед.

…– Вы как здесь оказались? — Олесю сопровождал Васька. — Вы же в гарнизоне должны быть?

Закончив со счастливыми объятиями, отряд двинулся дальше. Олеся чуть прихрамывала, но шагала бодро.

— А мы сбежали, — гордо объявил Васька. — На дрезине, вместе с мамкой! В Омске теперь живем. Я на электростанции работаю. Меня Борис…

— Вась, — перебила Олеся, — давай, может, потом? Ты налегке, так иди вперед. Бориса предупредишь — помнишь, он просил?

— Помню… — Уходить Ваське определенно не хотелось. Однако спорить он не стал. В темноте растворился быстро.

— Мамка его болеет шибко, — дождавшись, пока парень скроется из глаз, объяснила погрустневшая Олеся. — Помрет скоро. Увидала, что я ходить нормально начала, и спрашивает — что, мутно тебе тут?.. Может, лучше в Ишим перебраться?.. А то, говорит, Владя Ваську-то в гарнизоне только из-за меня держит. Как помру — выставит, какой из него солдат. А Михалыч — хозяин крепкий, глядишь, к делу пристроит. Пока я жива, хоть пообвыкнется… А Михалыч сказал, что ему-то не жалко, но только лучше бы нам в Омск податься. От Влади подальше. — Олеся замолчала.

— Ясно, — сказал Рэд. — И давно вы тут?

— Вторая неделя пошла. Каждую ночь встречать ходим… Долго вас не было. — Олеся прижалась к плечу командира.

— А солдатик-то с тебя глаз не сводит, — поддразнил Джек. — Замечала хоть?

— Дурак, — вспыхнула Олеся.