– Скажите… У нас с мужем еще могут быть здоровые дети?
– Думаю, что да. Вам лучше посетить генетика перед планированием следующей беременности.
Рабочий день продолжился. УЗИсты ушли на перерыв. У меня перед кабинетом тоже пусто. Дописываю карты, из головы не выходит ситуация: как так? Почему такое происходит? Где пресловутая справедливость?
Через 30 минут приносят очередную карту. Первая явка, 20 недель.
Полине 43 года. Всю жизнь один партнер, он же муж. Первичное идиопатическое бесплодие 20 лет, что значит – неясной этиологии. Здоровый обследованный мужчина, здоровая, вдоль и поперек обследованная женщина со всеми лапаро-, гистеро- и прочими скопиями. А беременность не наступает.
От ЭКО отказались. Решили, что не судьба иметь детей. У обоих племянники, так и планировали нянчиться до старости.
В 43 года цикл начал сбиваться: то по полтора месяца ничего нет, то по два. Естественно, Полина сходила к гинекологу.
– У мамы месячные когда перестали ходить?
– В 42.
– Сестры есть?
– Есть, старшая. У той в 44 все прекратилось. Думаете, климакс?
– Думаю, что да. Приходите через полгода.
Рекомендации своего врача Полина выполнила, пришла через полгода. Потому что стал расти живот. А при климаксе он вроде не растет. Миома, что ли?
Предполагаемая миома оказалась плодом женского пола сроком 16–17 недель. Учитывая возраст, Полина сделала НИПТ – чисто.
И вот смотришь иногда, что происходит за день, два, неделю, и понимаешь: справедливости нет. Есть просто какой-то баланс.
Люблю танцевать на граблях
Аделине на момент первого замужества было 23 года.
Работала врачом в стационаре, активная такая девушка. С созданием семьи решила не тянуть. Вышла замуж за коллегу – хирурга, своего ровесника.
Спустя год после свадьбы задумались о детях. Все-таки вуз закончили, да и родители обещали помогать.
Год пытаются, два пытаются – ничего. Сначала решили, что виновата нерегулярная половая жизнь: то он на дежурствах, то она, поди, поймай эту овуляцию. Аделина уже и с заведующей своей поговорила. Та график под Аделину построила, чтобы дежурить с мужем одновременно. Стали бы дома больше пересекаться, глядишь, чего и получилось бы.
Увы. Еще через год бесплодных попыток Аделина все же решила потихоньку обследоваться. Потихоньку – потому что искренне считала, что дело в ней.
Однако все было чисто: инфекций нет, овуляция есть, трубы проходимы. Даже заморочилась, анализ на антиспермальные антитела сдала – отрицательно. И тут уже потребовалось обследование мужа.
Вообще, спермограмма – это тот анализ, который сдают первым при обследовании супружеской пары на бесплодие. Но разве могла Аделина такое подумать? Красивый, здоровенный, в постели ого-го. У мужа в итоге все по нулям оказалось. Конечно, можно было бы чего-нибудь поколдовать, полечить, но… Этот «иго-го» от лечения отказался, от ЭКО тем более, и все это под соусом «быть такого не может, здоровый я».