Не знаю как Тимур, а я был возмущен такими подсчетами.
— Э…погоди! Ты ж по 22 банки за «калаш» обещал!
— Это если от 10 штук купите, — напомнил мне Кузьмич, — а вы всего четыге взяли. Так что звиняй…
— Так мы остального напокупали…давай еще хоть скинь немного, а то несправедливо получается…
— Спгаведливо? — рассмеялся Кузьма. — Ты чего, забыл, в каком миге живешь? О какой спгаведливости вообще может идти гечь, если даже в слове «кагтавый» есть буква «Г»?
Он громко заржал, и даже его охранники, как мне показалось, усмехнулись этой шутке.
Но мне было не до смеха. Я точно знал, что двух с лишним сотен банок консервов у нас с собой нет. Нет, мне-то на мои покупки и моих, привезенных с собой запасов, хватит, а вот Тимуру…
Тимур тяжело вздохнул и махнул рукой.
— Ладно, хрен с тобой.
Опаньки! Получается, были банки! Догрузил, значит, Тимурка еще товара, и не сказал. Вот засранец. А-я-яй! А предупредить?
— Ну, тащите тогда, — предложил Кузьмич.
— Слушай, а еще… — Тимур явно не собирался уходить. Чем он еще там торговать собрался?
— Ну? — спросил Кузьмич.
— А овощи свежие как тебе? Тыква там, картоха? Зерно?
— Ну…интегесно.
— А мясо?
— Мяса пока и в магазинах полно…
— А живого мяса?
Вот тут я прямо-таки кожей почувствовал, как атмосфера в комнате накалилась. Охранники напряглись, я даже заметил, что у того, который стоял за Кузьмичом, палец медленно опустился на спусковой крючок автомата.
Взгляд же самого Кузьмича стал вдруг злым, колючим.
— Габы, что ли?
— Да какие еще рабы? — хмыкнул Тимур, абсолютно не заметивший случившихся изменений. — Куры, например…
Обстановка разрядилась столь же быстро, как и накалилась.
— Фу ты, блин! — Кузьмич тоже расслабился. — Так бы и сказал. А то «живое мясо»…
— Да чего? — не понял Тимур.
— У нас тут в «обменнике», да и вообще, «живым мясом» габов называют. И габотогговцев этих недоделанных мы не любим, мягко говогя…
— А я-то откуда это должен был знать? — спокойно пожал плечами Тимур.
М-да…надо будет ему пояснить, что он ляпнул, и чем это могло для нас закончиться. Я прямо-таки чувствовал, что нас обоих могли завалить секунду назад.
Видно, насолили работорговцы Кузьмичу и его ребятам. Интересно, чем? Хотя, оно мне надо?
А еще вот, новый и крайне неприятный факт про мир, в котором мне предстоит жить и выживать: имеются теперь здесь рабы и работорговцы…
— Так, ладно, — меж тем Кузьмич вернул разговор в прежнее русло, — сколько кугиц есть?
— Сейчас десять. Но можно и еще.
— А что помимо них имеется из живности?
— Бычки, коровы, овцы, козы, — принялся перечислять Тимур.