Разговаривала по телефону с Лилечкой, она подросла. Надя прислала нам в письме её фотографии. Дядя Вагиф всё так же работает, они ещё не поженились.
Марина Борисовна снова на больничном, уже две недели. Валентина Викторовна, наша классная, тоже. Прочитала много библиотечных книг, даже давала некоторые наши книги из домашней библиотеки Зинаиде Ивановне. Той тоже нравятся детективы. "Трубку Мегрэ" перечитываю регулярно. Подарок Незнайки. Даже не представляю, где он сейчас. Катька ничего о нём не пишет, наверное, хочет, чтобы я сама её спросила, сгорая от любопытства, но я не спрашиваю и не спрошу. Раньше, сразу после нашего переезда, она писала о нём, упоминала, а я никак не реагировала, потому что считала, что она не вправе так поступать: передавать ему приветы от меня, разговаривать с ним обо мне. Вот так постепенно она прекратила. Её сестра беременна, муж изменил ей, выгнал её из дома. Она вернулась к маме, Катька её нисколько не жалеет. Теперь муж ругает и сплетничает вовсю о Катькиной сестре, какая она плохая хозяйка и жена. Его родители только рады её уходу, так как считали, что у неё плохой характер. Катькина мама жалеет свою дочь, просит Катьку быть с ней поласковее, так как она ждёт малыша. А Катька говорит, что уже заранее ненавидит этого ребёнка и никогда его не полюбит, потому что и отец, и мать у него идиоты.
Верку мать до сих пор избивает: недавно так сильно вывернула ей руку, что Верке пришлось ходить с повязкой. Лариса Витальевна, мама Саши Речкина, очень сильно растолстела. А сам Сашка часто прогуливает школу, и никакие мамины уговоры и угрозы не помогают. Ещё Катька написала, что однажды ночью стреляли прямо возле её дома: все во дворе испугались, притихли, они сразу легли на пол и боялись пошевелиться. А потом утром и ещё несколько дней все только об этом и говорили во дворе. Было страшно.
Я уже почти забыла про Оксанкиного Сашку, и вроде у них всё нормально, как прежде. Правда, я не вдавалась в подробности. Но однажды ночью, почти ночью, где-то в полпервого, я спокойно спала у себя в комнате. Занавески были приоткрыты, потому что за окном пробивается свет от фонаря, и так мне спится спокойнее. Родители в своей спальне, братик тоже спал в своей комнате. Тихо, спокойно. И тут я слышу какое-то то ли постукивание в окно, то ли царапанье. Прислушиваюсь сквозь сон. Нет, не показалось, кто-то действительно царапает моё окно. Слегка приоткрываю глаза и вижу в окне физиономию Сашки.
— Линда, Линда, — зовёт тихим голосом.
Я, наверное, сплю? Ведь это не может быть правдой?