Увидев летящую им в бок вражескую конницу, карийские всадники немедленно прекратили преследование и начали разворачиваться против неожиданно появившегося нового противника. Две конные лавы, набирая ход, устремились друг на друга, но в этот раз никто уже не отвернул, и тысячи всадников сшиблись в лобовом ударе.

Кавалерийская атака, несмотря на кажущуюся простоту и грубость, — дело тонкое, требующее точного, почти ювелирного расчета. Экзарм эту истину вбивал нынешним моим гиппархам еще в те времена, когда они только-только в седле учились сидеть. И вот сейчас я вижу, что школа не прошла даром. Маневр трех своих агем Клит провел безукоризненно. Лошади карийцев уже изрядно подустали в погоне и, повернув против нового врага, не могут так же быстро набрать ход, тогда как бактрийцы летят во весь опор. Если к этому еще добавить, что кони бактрийцев выше и мощнее, а сами всадники сидят в седле и упираются в стремена, то шансов устоять против них у противника нет никаких.

Под грохот железа и ржание коней столкнулись и мгновенно смешались две конные лавы. Буквально пара мгновений упорной, яростной сечи — и карийцев уже начали теснить. Эти бедолаги еще не встречались с подобным врагом. Стоящие в стременах бактрийцы возвышаются над ними как титаны, и их мечи рушатся им на головы сверху вниз и с такой силой, что те валятся с коней, даже приняв удар на щит.

Еще несколько минут боя, и остаток карийской тысячи уже начал заворачивать коней, но сегодня, явно, не их счастливый день. В этот момент им во фланг ударили те, кого они еще совсем недавно так азартно преследовали. Бежать стало некуда, и схватка мгновенно переросла в безжалостное избиение.

Видя такое дело, Асандр сам повел всю свою оставшуюся конницу на помощь попавшим в засаду карийцам. Это было ожидаемо, и навстречу ему я тут же посылаю гиппархии Борея и Полисфена.

В это время в центре сомкнувшиеся ряды фалангитов противника так и не дождались лобового удара конницы. Первая агема Тесея, вытянувшись в линию, остановилась буквально в тридцати шагах и начала безнаказанно расстреливать фалангу. Вскоре к ним подтянулись вторая и третья агемы, довершая обстрел с чуть большей дистанции и по навесной траектории. К ним с азартом подключились пешие лучники, и на головы фалангитов, не имеющих ни шлемов, ни брони, посыпался настоящий смертоносный град.

То же самое на правом фланге проделала конница Андромена с гипаспистами Деметрия. Правда, те терпеть безнаказанный обстрел не стали и сходу пошли в контратаку.

Первая персидская агема Андромена, не принимая боя, начала отходить вместе с пешими лучниками и арбалетчиками. Отступая, всадники, не переставая, осыпают пехоту врага стрелами, и та, стремясь уменьшить обстрел, перешла на бег. Конница и лучники тоже припустили назад, при этом забирая все время влево и освобождая линию атаки для аргираспидов.