Слышу, как нервно и зло захрапел Аттила, показывая, что ему не терпится в бой, но я не тороплюсь. Все идет по плану, и мне нет нужды пока лезть в схватку. Перевожу взгляд на правый фланг и вижу, что таксиарх аргираспидов Камилл тоже демонстрирует железобетонные нервы.

Плотные ряды его подчиненных не трогаются с места вплоть до того момента, пока дистанция до бегущего навстречу врага не приближается к ста шагов. В этот миг начинают дробно рокотать барабаны, и аргираспиды делают первый шаг так, словно это один многорукий стальной монстр двинулся на врага. Барабаны наращивают ритм, и ровные шеренги воинов убыстряют шаг, как на учебном плацу. Вот до врага остается буквально пара десятков шагов, и Камилл орет так, что даже я его слышу:

— Серебряные щиты, за мной! — с бешеным ревом он переходит на бег, и две тысячи его воинов под раскатистое «а-ла-ла-ла» срываются за ним как неудержимая лавина.

Гипасписты Деметрия уже пробежали почти пятьсот метров с тяжелыми щитами и оружием. Для них это дело привычное, но все равно дыхание уже сбилось, а плотность рядов расстроилась. Это дает дополнительное преимущество аргираспидам, которые и без всякой форы могут порвать любого.

Первые шеренги столкнулись под грохот щитов, и растянувшиеся от затяжного бега порядки гипаспистов не выдержали сокрушительного удара. Их фронт порвался сразу в нескольких местах, и короткие копья аргираспидов заходили тысячами смертоносных уколов. Щитоносцы Деметрия тоже не дети, но с аргираспидами в таком бою им не равняться. Те только наращивают натиск, а на действия гипаспистов тяжелым камнем навалилось все сразу: и сбитое дыхание, и усталость, и расстроенность порядков. Уступая давлению, они начинают отходить, еле успевая сплачивать свои редеющие ряды.

Деметрий видит все не хуже меня и понимает, что в такой ситуации надо либо отступать, либо вводить свежие резервы, и чем быстрее, тем лучше. По тому, как под звук флейт двинулись вперед шеренги тяжелых гоплитов, понимаю, что Деметрий выбрал второй вариант.

«Ну вот, кажется, и всё! — Мысленно ставлю точку, глядя на идущих в атаку греческих наемников. — Последние резервы противника брошены в бой».

Повернувшись к Патроклу, показываю ему на наступающие порядки Деметрия.

— Что-то наши гоплиты застоялись, не пора ли им тоже заняться делом!

— Все понял, мой царь! — хищно оскалился македонянин. — Сейчас сделаем!

Запрыгнув в седло, он хлестнул коня и умчался к стоящим шеренгам резерва. Буквально через минуту оттуда послышалась ударная барабанная дробь, и под четко выбиваемый ритм две тысячи панцирной пехоты двинулись навстречу противнику.