«Значит, — однозначно решил я, — перемирие с диадохами на несколько лет — наилучший и самый выгодный для меня вариант. Я без войны получаю максимум того, что мог бы завоевать».

Выходило, что совершенно не из-за чего упускать такой благоприятный для реформы момент. Тем более что потом провести реформу будет уже многократно сложнее. Все сатрапы, даже те, которых я сам поставлю, почувствуют вкус власти и воспротивятся ее умалению. Пусть не явно, но они будут сопротивляться реформе, будут по-тихому совать палки в колеса и всячески саботировать любые изменения. В таких условиях провести реформу будет невозможно, ведь какой бы абсолютной властью ни обладал царь, ему все равно надо на кого-то опираться.

«Откусывать за раз надо столько, чтобы кусок в горле не застрял!» — решил я, выбрав реформу управления как первоочередную цель, тем более что дальнейшее военное расширение на запад грозило мне потерей целых сатрапий на востоке.

Решив все для себя, я собрал совет своих ближайших соратников и изложил им план дальнейших действий. Экзарм, который не представляет своей жизни без войны, конечно же, расстроился, но я его успокоил.

— Не печалься, мой друг, — улыбнулся я, — ты без дела не останешься! Будет тебе война!

На вопросительные взгляды остальных я пояснил:

— Предлагая мир диадохам и трон Македонии своему брату, я держу в уме, что у нас на востоке уже созрел грозный противник.

— Кого ты имеешь в виду? — Патрокл выразил общее недоумение.

На что я прочитал им послание от грека Луфуса.

Этот грек, которого я когда-то придал своему «комиссару» при сатрапе Гандары, писал, что старик Пор скоропостижно умер, а его многочисленные наследники развязали междоусобную войну. В этот пожар с особым сладострастием подкидывал дровишек царь Таксила, мечтая оттяпать себе кусочек пирога, но тут в борьбу неожиданно вмешалась третья сила. Некто Чандрагупта Маурья с огромной армией пересек границу и быстро занял всю территорию бывшего царства Пора. Теперь царь Таксила трясется от страха и просит помощи у Гандары, но, поскольку Эвдама нет на месте, то дождаться помощи ему будет не суждено.

— Письмо отправлено почти пять месяцев назад, — прочел я выведенную каллиграфическим почерком дату. — Сейчас, я думаю, Таксила уже захвачена этим царем Маурья. Следующие на очереди наши сатрапии: Гандара, Паропамисад и Арахозия.

На мои слова Эвмен отреагировал вопросом:

— А что говорят сатрапы этих земель, Эвдам, Оксиарт и Сибиртий? Они получили такие же тревожные известия?

— Не все, — я отрицательно качнул головой. — Неприятные вести дошли только до Эвдама, а остальные пока в неведении. Эвдам уже был у меня, просил отпустить его в сатрапию для защиты ее границ.