— Его зовут Диого Сильва, у него газетный киоск на площади Луиша Камоэнса.

Ава прекрасно знала, о какой площади речь — на ней стоял памятник Луишу Камоэнсу, величайшему португальскому поэту.

— Значит, он хотел кому-то продать этот журнал? Немцы или японцы хотели купить его, как мы покупаем их прессу?

Джеймс насыпал свою обычную порцию сахара вbica .

— Не уверен, но с того момента его киоск закрыт.

Ава набрала в грудь воздуха.

— Что с ним сделали?

Джеймс покачал головой и зажал пальцами тоненькую ручку чашки.

— Не знаю, но ваш разговор с тем нацистом не имеет никакого отношения к его исчезновению.

Ава кивнула и отпила кофе, скрывая от Джеймса тот факт, что не до конца поверила его словам. Но он уже достаточно рисковал ради нее, и дальнейшее расследование — полностью ее ответственность. Теперь, по крайней мере, она знает имя и место, от которых можно оттолкнуться.

В кафе возникла еще одна знакомая фигура, хорошо узнаваемая благодаря оттопыренным ушам. Ава помахала ему, и Альфи буквально рванул к их столику и упал на стул.

— Я только что узнал… — выдохнул он, еще более бледный, чем обычно.

— Что случилось? — уточнил Джеймс.

Жестом сильного душевного волнения Альфи запустил пальцы в волосы надо лбом — на фоне рыжих кудрей его рука показалась вырезанной из мрамора.

— Лесли Говард погиб.

— Лесли Говард? — переспросила Ава. Она уже слышала это имя и почти сразу вспомнила, о ком шла речь — этот актер играл Эшли Уилкса в экранизации «Унесенных ветром». Сам фильм Ава не видела, но фотографиями с персонажами и актерами пестрели все газеты и журналы за несколько месяцев до выхода картины и еще столько же — после.

Ладонь Альфи скользнула вниз по лицу и упала ему на колени.

— Сегодня утром. — У него задрожал подбородок, и в эту минуту душевной боли и откровенности он показался совсем мальчишкой. — При самых ужасных обстоятельствах.

— Альфи, — произнес Джеймс ровным спокойным тоном — точно таким же он обещал Аве выяснить обстоятельства исчезновения ее соседа в день, когда угощал ееcapilé, — что случилось?

— Его самолет… — хрипло ответил юноша.

У Авы по спине поползли мурашки.

— Что с его самолетом?

— Немцы… сбили его. — Альфи смахнул слезы. — Они напали на гражданский самолет во время перелета через Атлантику.

Щеки Джеймса побагровели от гнева.

— Это же военное преступление.

Ава вцепилась в край стола как за единственную опору в мире, но казалось, что и он летел куда-то в бездну. Хотя ее тело находилось в конкретном месте, ее душа снова провалилась в тот день, когда ее родители не вернулись из Франции.