Слышать столь противоречивую оценку было неприятно. Нам все время говорили о необходимости смирения, покорности и принятия. И вот вдруг оказывается, что именно наличие этих благодетелей — изъян, из-за которого меня вышвыривают из монастыря! И что мне теперь делать, чтобы успокоиться? Обычно я для этого читаю молитву «О кротости дев», но, как оказалось, именно в ее постулатах моя погибель. И как теперь жить⁈ Что мне делать?

— Тебе придется, Примула. Не забывай — это не брачное предложение в высшем обществе, а служение послушницы монастыря Милосердной Девы. Если ты не принимаешь свою судьбу, тебе все равно придется нас покинуть — в этих стенах нет места своеволию и неподчинению.

Из монастыря меня выставили с первой зорькой, Мать-настоятельница хотела воспользоваться оказией и решить с пол десятка вопросов в городе. То есть, чтобы я это сделала от ее имени, поэтому побегать пришлось не мало. В полдень, успешно выполнив все поручения, я достала из своего скромного саквояжа дорогую деревянную шкатулку. Мать-настоятельница велела дождаться, когда изнутри послышится мелодия, и открыть крышку. Персональный портал средней дальности дернул меня за руки и засосал в свое нутро, чтобы в тот же миг вышвырнуть на вокзал в столице уезда. Оглушенная толпой снующих туда-сюда людей, я толком не успела оглядеться, когда подошел служащий в красивом форменном костюме с большими медными пуговицами.

— Госпожа Примула?

— Да, это я.

Я вовремя спохватилась, стерла с лица неподобающее любопытство, смиренно сложила руки перед собой и потупила взор.

— Позвольте, я провожу вас к нужной арке?

Я не сразу поняла, зачем служащий вокзала протянул руку. Мужчина взглядом указал на саквояж и терпеливо ждал, когда я соображу, что он не сдвинется с места, пока не примет мою нехитрую ношу.

— Буду вам благодарна, — пробормотала я, пытаясь скрыть смущение.

Стационарный портал представлял собой не то огромное кольцо, не то короткий кусок гигантской трубы, один край которой был вмонтирован в пол.

— Вам нужно войти под эту арку, когда вот тут сбоку загорится зеленый сигнал. Внутри мало света, это нормально, на всякий случай я весь путь буду рядом, держитесь за мой локоть. Если почувствуете себя плохо — головокружение, тошнота, слабость в коленях, скажите, я поддержу вас и помогу сделать переход. Когда заметите, что цвет плитки под нашими ногами из серого стал желтым, значит мы на месте.

Идея касаться мужчины мне совершенно не нравилась, но отказывать было невежливо, поэтому я вытянула руку на всю длину и ухватилась за подставленный локоть. По сигналу мы двинулись вперед. Пол вокзала был устлан большими каменными плитами одной ширины, но совершенно разной длины. Я шла, глядя строго под ноги, и пыталась разгадать ритм рисунка, когда тело обдало прохладной воздушной волной. Я почувствовала, будто кто-то толкнул в спину, сильно, но не слишком резко. Внезапно нахлынувшее возмущение заставило в ту же секунду обернуться, но сзади никого не оказалось.