— Мы продвинулись в освоении дубликатов очень далеко, — возразила Кайт, — но столкнулись спределом вероятностей . Изначально этот барьер представлялся нашим разработчикам некой… гипотетической конструкцией. Мы отправили своих агентов сквозь цепочку параллельных Сетей, но вот они вернулись и сообщили о том, что некиевероятностные искажения мешают им двигаться дальше. Мы не знаем, с чем это связано. Боевой софт чужой расы? Естественные ограничения глубины восприятия? Особенности сознания путешественников? Впервые понятие «предел вероятностей» ввёл ты, Виталик. И нам бы хотелось вернуть тебя в команду. Условия сотрудничества будут беспрецедентными.

Торин молчал.

— Доверия нет, — вновь заговорила Кайт. — Слишком многое произошло между нами. И это — вина прежнего руководства. Сейчас мы думаем о перспективах. Мыслим глобально. И готовы предоставить гарантии твоей безопасности в будущем. Захочешь выйти из проекта — выйдешь.

Торин попытался что-то сказать, но Кайт прервала его небрежным взмахом руки.

— Весь твой подпольный бизнес в Даркнете останется незамеченным. Мы перестанем оказывать давление на твоих друзей. Клим отправится в безопасное место и начнёт жизнь с чистого листа. Я говорю не о работе под чьим-то началом. Ты возглавишь проект. И утопишь Кучеру вместе с человеком, который тебя преследовал раньше.

Во взгляде Торина что-то изменилось.

— Ты не знал, — Кайт хмыкнула. — Думал, тот пёс, с которым ты сразился в голове Кобаяси, мирно потягивает коктейль на Карибах? Вовсе нет. Он программирует тетраморфов, один из которых лежит в этой комнате.

Кайт повернулась к Климу:

— Всё будет хорошо, приятель.

Клим не мог быть уверен в том, что пёс-призрак снова будет работать на ненавистную компанию. Никто не мог быть в этом уверен.

Но во взгляде Торина что-то необратимо поселилось. Так выглядят люди, которым дают шанс поквитаться со старым врагом. Пса не интересовали деньги и возможности. Судьба человечества его не трогала. Иное дело — холодное блюдо под названием «месть».

0

Шум прибоя сливался с мыслями, замещал их и дополнял. Клим смотрел на бегущие по небу облака, срывающихся за добычей чаек и безбрежное полотно океана. Сегодня океан был усеян барашками волн, но глубокий синий цвет по-прежнему радовал взгляд. По каменистому карнизу, на котором находился Клим, гулял ветер.

Клим сидел на старой деревянной лавочке. За его спиной вздымалась скала, а ещё выше — полосатое тело маяка. Площадка имела ограждение — достаточно высокое, чтобы в непогоду не сорваться вниз. Справа в базальт врезались ступени лестницы. Очень давно кто-то вытесал эти ступени прямо в толще скалы.