Бренность бытия…
Повторный сигнал.
Это была Кианг Лун. Девушка, с которой Игорь встречался уже полтора года. Она неплохо разговаривала по-русски.
— Привет, — Игорь был рад встрече. Кианг вчера вечером вернулась из Сингапура. Две недели разлуки позади. — Как съездила?
— Отлично, милый, — девушка очаровательно улыбнулась. Ей было за тридцать, но это не ощущалось. Китаянки обладали особой властью над временем. — Поужинаем?
— Конечно. Сегодня?
— Если ты не против.
— Ты ведь знаешь, что не против.
Оба рассмеялись.
— Завтра мне рано вставать, — напомнила Кианг. — Сестра приезжает, помнишь?
Игорь нахмурился.
И вспомнил.
— Та, что работает в журнале переводчиком?
— Она самая.
Вот оно — решение.
— Переночуй у меня, — предложил Игорь, не веря своему счастью. — Завтра вместе сгоняем в аэропорт.
— Спасибо, — Кианг послала ему воздушный поцелуй. — Джи сейчас в отпуске, хочет посмотреть Ростов. В общем, до встречи. Я перезвоню, как буду готова.
Игорь кивнул.
Перед ним вновь развернулась панорама дождливого города. Двадцать лет назад китайцы оккупировали Дальний Восток, затем подчинили Сибирь. Ослабленная бесконечными войнами Россия не смогла противостоять. Теперь России нет. Есть АСЕО — Автономный Северный Евразийский Округ. Даже не провинция. Страна говорит на китайском, книги заполнены чужими значками-иероглифами. Кто мог вообразить такое будущее?
Что ж, ничего не изменишь.
Зато теперь у него есть переводчик.
октябрь 2017
Престижная работа
— Ты издеваешься? — Борис недоумённо уставился на собеседника. — Учить роботов подавать еду?
— Не совсем, — поправил Олег, — Ты будешькорректировать их навыки.
— Что это значит?
— Тебе всё объяснят. Заказчик не уточнял детали. Сказал, что справится кто угодно.
Борис вздохнул.
Он ненавидел роботов. Всё это дерьмо, связанное с искусственным интеллектом, хоронило его мир. Сперва закрывают твою специальность в универе, потом увольняют с работы. Мама думала, что сыну уготовано великое будущее. Учи математику, сынок. Иди на олимпиаду по информатике. Ты живёшь по этим правилам, готовишься к битве за бюджетные места. А потом профессия программиста исчезает. Машины умеют сами себя программировать. А заодно — прошивать и модифицировать всё вокруг. Люди в цифровой среде обитания больше не требуются.
Не доучившись, ты идёшь на завод. Собирать пылесосы, кажется. Но универсальные клининговые роботы сметают твою компанию с карты вселенной.
Ты на улице.
— Ладно, — Олег смотрит на часы. Изображение старого приятеля на экранчике видеофона слегка подёргивается. — Мне пора. Если ты так ненавидишь механизмы, поищу кого-нибудь другого. Работёнка-то не пыльная…