Герцог Галахад оказался молодым, статным магом. Его лицо украшал прямой, благородный нос, а короткие, слегка вьющиеся волосы пшеничного оттенка мягко оттеняли проницательные голубые глаза, которые словно светились изнутри. Когда он слегка улыбнулся, приветствуя нас, на его щеках проступили легкие, трогательные ямочки, придающие его аристократическим чертам неожиданную живость.

В нем совершенно не чувствовалось той тяжелой, душной и подавляющей ауры хищника, которая была так свойственна драконитам, включая моего покойного мужа, Эдмунда и этого напыщенного генерала, что стоял сейчас за моей спиной. Морвен был чистокровным человеком, но его личная магическая сила была настолько велика и концентрирована, что воздух вокруг него буквально вибрировал от невидимого статического напряжения. При этом, в каждом его движении, в вежливом наклоне головы сквозила удивительная, почти забытая мной человеческая доброта и искренняя мягкость.

Едва Морвен заметил среди нашей компании Эниру, всё его напускное герцогское величие в один миг испарилось, словно утренняя дымка под палящим солнцем.

— Энира… Какая неожиданность, — его уверенный голос ощутимо дрогнул от неприкрытой, трепетной нежности.

Выдающийся ученый, гроза магических аномалий и гений биомагии весь подался вперед, жадно ловя каждое движение её ресниц, а на его бледных аристократичных скулах проступил вполне человеческий, искренний румянец. Мне всё стало понятно в первую же секунду, этот затворник влюблен в мою спасительницу до беспамятства.

Однако Эн проявила поразительную стойкость. На секунду её глаза выдали легкое смущение, но она тут же мастерски взяла себя в руки. Целительница вежливо и подчеркнуто профессионально склонила голову, сделав вид, что совершенно не заметила этого пылкого, обожающего взгляда:

— Здравствуй, Морвен. Я тоже рада тебя видеть. Если позволишь, у меня к тебе есть одно важное дело.

— Конечно, я весь во внимании, — тут же отозвался герцог, готовый, кажется, по первому её слову перевернуть весь Эбонхолд вверх дном.

— О-о-о, видишь ли… это очень личное, — заговорщически прошептала Эн.

Она сделала это намеренно, чуть понизив голос, но так, чтобы её слова отчетливо долетели до ушей стоящего рядом Дориана. Эн разыгрывала этот спектакль безупречно, филигранно уводя подозрения кузена в сторону. Ей нужно было, чтобы все вокруг, и в особенности этот дотошный генерал, думали, будто вся эта поездка связана исключительно с её собственными секретами и нуждами.

— Личное?.. Кхм, — Морвен забавно растерялся и слегка поперхнулся, явно не ожидая, что у неприступной Эниры может быть к нему какое-то тайное, интимное дело. В его глазах на секунду вспыхнула робкая, безумная надежда. — Что ж… Хорошо. В таком случае мы обсудим это сразу после ужина.