Но этот восторг генерала только сильнее злил меня. Помня свой позор в грязной подворотне Кароса, где я еле держала нож и не могла защитить собственную шкурку, я больше не желала оставаться немощной калекой.

На четвертый день я не выдержала. Дождавшись, пока Дориан уйдет к Морвену, я спустилась во двор, где один из его элитных гвардейцев лениво точил свой клинок.

— Привет. Можешь показать мне, как правильно держать нож, — хрипло попросила я, скидывая плащ. — Как атаковать, если противник сильнее.

Молодой солдат опешил, глядя на мою исхудавшую фигуру и шрамы, но видимо из жалости и понимания, что мне это и вправду нужно, отказать гостье герцога не решился. Он протянул мне учебный кинжал. Мои пальцы дрожали, рукоять казалась неподъемной, а первое же движение вышло неуклюжим и слабым.

— Кто же так держит оружие, леди Виктория? Вы же сами себе пальцы отрежете при первом ударе, — раздался за спиной глубокий, насмешливый голос, от которого у меня по спине пробежали колющие искры.

Дориан.

Генерал стремительно подошел к нам, и одного его тяжелого, мимолетного взгляда хватило, чтобы гвардеец испарился в ту же секунду.

— Зачем тебе это? — Дориан сузил свои темные, пронзительные глаза, и в их золотистой глубине мелькнуло нечто странное. Он медленно разглядывал меня. Мою бледность, резко заострившиеся скулы, уродливые полосы шрамов на коже. Но в этом жестком прищуре не было ни капли отвращения. Напротив, его взгляд потемнел от какого-то пугающего, почти осязаемого притяжения. — Ты едва стоишь на ногах. Твои пальцы такие худые, что из них выскользнет даже зубочистка.

— Не ваше дело, генерал, — огрызнулась я, упрямо вздернув подбородок и пытаясь обойти его. Внутри всё болезненно сжалось от его пугающей близости. — Вам что, жалко, если в случае чего я смогу сама себя защитить?

— Ну хорошо. Нападай, — вдруг коротко бросил он.

Дориан вынул из-за пояса тяжелый охотничий нож, лениво перехватив его обратным хватом. Его глаза на секунду скользнули по моим губам, заставив мое сердце панически забиться о ребра.

Я разозлилась. Собрав все свои скудные силы, я сделала резкий, отчаянный выпад вперед, целясь ему прямо в грудь. Дориан даже не напрягся. Одним неуловимым, текучим движением он уклонился, и мир вокруг меня перевернулся. Его стальные пальцы намертво перехватили мое тонкое запястье, а вторая рука жестко, по-хозяйски прижала меня спиной к его широкой, горячей груди.

Холодное лезвие замерло в дюйме от моей сонной артерии. Я оказалась в капкане, намертво втиснутая в его литое, сильное тело, ощущая спиной каждый удар его бешено бьющегося сердца.