Я молча протянула руку и сжала её ладонь. В этот момент между нами не было ни империй, ни границ, ни прошлого. Только две женщины, которые поняли — они не одни.

Как оказалось, Морвен, годами терзаемый раскаянием, искал её, но смог найти только тогда, когда она сама же к нему и пришла со мной. Эн слишком долго лелеяла свои старые раны, чтобы сразу впустить его обратно.

И только сейчас, запертые в тесной лаборатории ради моего спасения, они наконец нашли в себе силы сорвать латы напускного равнодушия. Яростные споры о составе трав незаметно переросли в тихие, полуночные признания со слезами на глазах.

— Я рассказала ему всё, — шепнула мне Эн однажды утром, когда вышла из лаборатории с красными глазами, но со странным, почти счастливым светом во взгляде. — Рассказала про жениха. Про то, почему я сбежала. Про то, как боялась, что отец найдёт меня и вернёт обратно. И знаешь, что он сказал?

Я покачала головой.

— Он признался, что был слепым идиотом, Тори, — тихо рассмеялась Эн, и в её голосе зазвенели счастливые слёзы. — Он думал, что ему будет лучше одному. Что его наука, его бесконечные эксперименты — это всё, что ему нужно, а чувства только помешают его великим открытиям. Он боялся уязвимости, Тори. Боялся, что любовь сделает его слабым. Но он признался, что эти годы без меня были для него пыткой. Он понял, что я — единственная, кто по-настоящему понимает его безумные идеи, кто не смотрит на него как на чудака, а поддерживает его. Он так сожалел, что был так глуп и оттолкнул меня. Сказал, что больше никогда не позволит страху управлять его жизнью. И поклялся, что будет защищать меня до последнего вздоха.

Многолетняя обида Эн окончательно сгорела в том пламени, с которым Морвен теперь смотрел на неё. Лед между ними растаял, уступив место искреннему, глубокому чувству. Они больше не были двумя одинокими людьми, бегущими от прошлого. Они стали друг для друга домом. Тем самым местом, где можно было быть слабым, где не нужно было прятаться, где тебя принимали таким, какой ты есть.

И глядя на них, я понимала, возможно, именно поэтому они помогают мне. Потому что знали, каково это — быть сломленной, преданной, выброшенной на обочину. И потому что верили, что даже из пепла можно возродиться. Особенно если рядом есть те, кто готов помочь тебе собраться по кусочкам.

…

Пролетел месяц. Один короткий, но невероятно насыщенный месяц изнурительного труда.

Благодаря эликсирам Морвена, ежедневным безжалостным тренировкам с Борком и моим собственным изнурительным вокальным упражнениям, я наконец привела своё тело и голос в безупречный порядок. Мои руки и ноги обрели здоровую, приятную округлость и силу, талия осталась тонкой, а в движениях проснулась опасная, мягкая кошачья грация. Мой голос окреп и налился силой, научившись без труда брать такие хрустальные и глубокие ноты, от которых у будущих слушателей наверняка будут наворачиваться слезы.