И, конечно же, центром этой порочной вселенной была я.

Моя задача казалась одновременно простой и монументальной: выходить на сцену «Призрачной Девы» всего раз в вечер, неизменно скрывая лицо за изящной полумаской.

Эта маска была не просто стильным прикрытием, а редким, искусно сработанным артефактом. Её гладкая поверхность обладала удивительным свойством мимикрии, чутко подстраиваясь под цвет любого платья. Но её главная тайна скрывалась в тончайшем внутреннем плетении.

Морвен вернул мне мой голос, исцелив тело, но именно эта маска служила его усилителем. В её основу была вплетена запретная магия сирен. Без неё мой голос был бы просто красивым. Но стоило застегнуть замок на затылке, как он преображался, обретая потустороннюю, гипнотическую глубину, и превращался в невидимое оружие, способное подчинить волю каждого, кто сидел в зале.

Использовать подобное колдовство в Империи было строго запрещено. Но кто в здравом уме станет играть честно, когда на кону стоит сама жизнь? К тому же я прекрасно понимала: сцена для меня лишь временный плацдарм, и в будущем я не собиралась связывать свою судьбу с театром. Моё новое лицо ни в коем случае не должно было ассоциироваться у публики, а уж тем более у шпионов Эдмунда, с образом новой примы. Маска дарила мне идеальный баланс: сокрушительное оружие в связках, безупречный стиль и абсолютную невидимость для врагов.

Ослепительно красивая, с хищной, опасной кошачьей грацией и божественным вокалом, я должна была творить на сцене настоящее безумие. План заключался в том, чтобы полностью одурманить доркалумских аристократов этой гипнотической атмосферой, заставив их буквально сходить по мне с ума.

Все приготовления были завершены. Нам оставалось только ждать ночи и моего первого официального выхода к публике. Но, вопреки ожиданиям, внутри меня не было ни капли волнения или сценического страха. Моё сердце, скованное льдом, билось ровно и спокойно. Я прекрасно понимала: сцена, маска и рукоплескания этого отребья — всего лишь очередная ступень. Холодный расчет. Инструмент на пути к моей главной, истинной цели.

И вот настал тот самый день. День, когда моя новая жизнь должна была официально заявить о себе.

За кулисами «Призрачной Девы» воздух, казалось, был пропитан электричеством. Внутри меня по-прежнему царил абсолютный, звенящий холод, но тело подсознательно помнило, насколько важен этот первый шаг. Перед самым выходом ко мне подошла Эн. Она осторожно, едва касаясь, поправила маску на моем лице, а затем крепко, до боли сжала мои ладони в своих теплых руках.