Для Дориана, заглянувшего в этот притон порока, я должна была остаться лишь безымянной тенью, поющей в полумраке.

И всё же… Что он здесь делал? Генерал Арканума, грозный драконит, в самом порочном и грязном приграничном городе вражеской империи? Это не поддавалось логике.

Но размышлять было некогда. Искушенная публика ждала зрелища. Подавив внутреннюю дрожь, я сделала еще пару плавных шагов к центру сцены. Музыканты взяли первый аккорд, и над притихшим залом хрустальным перезвоном зазвучала одинокая гитарная струна.

В этот особенный вечер я решила полностью изменить привычную программу. Мне подпевали мои девушки из подтанцовки: их нежные голоса искусно вплетались в общую мелодию, создавая мистическое, завораживающее ощущение многоголосого эха. Все наши движения были мягкими, тягучими и легкими, словно танец самого ночного ветра.

Для этого выступления я выбрала особенный наряд. Платье нежно-голубого, туманного цвета держалось на плечах лишь за счет двух прозрачных лямок, обнажая точеные ключицы и почти голую спину. Струящаяся, невесомая ткань при каждом шаге маняще очерчивала силуэт, превращая каждое движение в обещание. Тяжелые белоснежные волны волос свободно спадали на плечи, и лишь две тонкие косички у висков открывали лицо. Я выглядела как ангел. Ангел опасного, порочного искушения.

Эту песню я тайно посвятила своим друзьям. Тем, кто вытащил меня из бездны и вернул к жизни. Перед самым началом концерта я сказала им, что это выступление — мой личный, искренний подарок для них.

Но когда музыка зазвучала, и я сделала первый шаг к рампе, мой взгляд помимо воли снова скользнул в центральную ложу. И я поняла, что сегодня я буду петь не для друзей.

Сегодня я буду петь для него.

Морвен превзошел сам себя. Едва я запела, как его уникальные артефакты пришли в действие, полностью перестраивая пространство вокруг нас. Тяжелые стены клуба растворились. Нас вместе со зрителями перенесло на бескрайнюю, изумрудную поляну, залитую ласковыми, теплыми лучами предзакатного солнца. Вокруг благоухали дивные цветы, в воздухе лениво кружились стайки разноцветных светящихся бабочек. Это было чистое, неподдельное волшебство. Такое же хрупкое и светлое, какое, вопреки всему льду, прямо сейчас расцветало в моей израненной душе по отношению к моим спасителям.

Я закрыла глаза и запела, вкладывая в каждую строчку всю свою душу:

Спасибо за новый день,

За утро и тишину.

За то, что могу дышать,

Что в мир с любовью иду.

Спасибо за этот миг,

За силу внутри меня,

За всё, что мне дарит тепло,

За свет наступившего дня.