Мой путь через огонь,

Я превращаю боль

В свою живую бронь.

Я падала в бездну — и видела свет,

Я жгла за собой мосты.

Я знаю, что в бездне погибели нет,

Есть только я и ты.

...я воин

...я дракон

...я свет

Я воин, я дракон,

Я выбираю свет.

Сквозь тысячи преград

Иду сквозь сотни лет.

Я воин, я дракон,

Ожившие мечты.

Сквозь тысячи преград

Иду туда, где ты.

Я воин,

Я дракон,

Я свет.

...свет

Песня «Я воин, я дракон» исполнитель Оная

Каждую третью строчку я вскидывала голову и бросала ленивый, многозначительный взгляд в полумрак его ложи.

Мне не нужно было магического зрения, чтобы увидеть результат. Эдмунд поплыл сразу. Стоило ему увидеть меня в этом платье, услышать мой голос, как его аристократическая спесь испарилась. Он подался вперёд, вцепившись пальцами в перила ложи, а его зрачки расширились от дикого вожделения.

Хищник заглотил наживку.

Даже его гвардейцы были настолько заворожены мной и представлением, что, казалось, забыли о своей работе.

Едва затихли последние аккорды, и я скрылась за кулисами в своей гримёрке, наш план вступил в силу. Я знала: ждать осталось недолго.

И вот Борк, неподвижно стоявший на страже у входа, послушно отступил на шаг, пропуская высокопоставленного доркалумского гостя внутрь.

Дверь отворилась, и на пороге появился Эдмунд.

В дорогом камзоле, пахнущий тяжёлым, сладким парфюмом. Холеный, уверенный в своей неотразимости мужчина. Тот самый мужчина, который с каменным лицом толкнул меня в бездну.

Сердце пропустило удар, а затем забилось где-то в горле. Позади него в коридоре стояли его гвардейцы. Да уж, на мои деньги он, видимо, обзавёлся новой свитой.

— Вы божественны, Дева, — его голос слегка дрожал от волнения, когда он медленно сокращал расстояние между нами. — Я видел многое, но ваша песня… вы сами — это что-то невообразимое. Простите, забыл представиться. Генерал Эдмунд Кросс-Варн к вашим услугам, леди. — Он низко поклонился.

Как же это было фальшиво. Как тошно.

Я сидела перед зеркалом, даже не повернувшись к нему всем телом. Мой фасад был безупречен. Я нарочно строила из себя холодную, недосягаемую, ледяную стену. На его изысканные комплименты я отвечала лишь едва заметными, скупыми кивками. Я смотрела на него сквозь отражение в стекле с лёгким оттенком скуки и высокомерия.

И это сработало идеально. Моя неприступность не оттолкнула его. Она, как масло, которое плеснули в огонь, разожгла в нём азарт охотника ещё сильнее. Эдмунд, видимо, привык, что женщины Доркалума падают к его ногам от одного взгляда, и мой холод буквально сводил его с ума.

— Я обязан увидеть вас снова. Не в этом шумном клубе, а наедине, — он подошёл почти вплотную. Его дыхание опалило мою голую шею, и внутри меня всё перевернулось от глухого, животного отвращения. Желудок скрутило. Руки похолодели. Каждая клеточка тела кричала: беги, не смей позволять ему приближаться.