От этих диких мыслей мне стало ещё хуже. О чём я вообще думаю? Какая, к чертям, близость, когда я только что позволила поцеловать свою руку своему убийце?!

Дориан тем временем медленно, почти гипнотически перевёл взгляд с моих глаз на мои полуоткрытые губы. Напряжение между нами звенело в полумраке коридора, натянутое до предела. Я судорожно зажмурилась, уверенная, что он вот-вот наклонится и поцелует меня.

Но вместо этого драконит пригнулся к самому моему уху. Его горячее дыхание опалило кожу, а низкий, вибрирующий шёпот заставил вздрогнуть:

— Какого чёрта?! Что ты творишь? Ты вообще в курсе, кто это сейчас был?

Он отстранился и всё тем же злым, пронизывающим взглядом уставился мне в глаза.

Его холодный, обвиняющий тон подействовал на меня как ушат ледяной воды. Пелена наваждения мгновенно спала. Я пришла в себя, собрала остатки гордости и со всей силы уперлась ладонями в его каменную грудь, пытаясь оттолкнуть.

Но драконит даже не пошевелился.

Это разозлило меня окончательно.

— Для начала, я не переходила с вами на «ты», — с вызовом выдохнула я, упрямо вскинув подбородок. — Во-вторых, конечно, я в курсе! Иначе я даже разговаривать бы с ним не стала!

Дориан от такой наглости даже опешил. Его хватка на секунду ослабла, но взгляд стал ещё более угрожающим.

— То есть ты прекрасно понимаешь, что это один из «лучших» генералов империи Доркалум? — на слове «лучших» он презрительно усмехнулся.

— В курсе, — отрезала я, вызывающе задирая подбородок. Какого чёрта он вообще лезет не в своё дело? — Но это абсолютно не ваше дело, генерал Дориан.

— Значит, не моё? — его голос опасно упал, наливаясь тёмной, искрящейся магией. — Если я здесь, в этой клоаке, плачу за всё, включая твою безопасность и безопасность этого заведения, значит, теперь это — моё дело.

— А вот и нет! — парировала я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Моя личная жизнь уж точно не входит в стоимость вашей аренды, генерал. Займитесь своими делами. Чем вы там так тайно заняты в Валькуре? Вот к этому и вернитесь. А я займусь своими.

Дориан глухо зарычал. Потеряв остатки самообладания, он с силой ударил кулаком в каменную стену прямо над моим плечом. Осколки штукатурки посыпались на мой шёлк. Мне физически ничего не угрожало, он контролировал удар, но от этой вспышки чистой, первобытной ярости у меня по коже пробежали мурашки.

Я замерла, глядя на тяжело дышащего драконита. Что его так взбесило? В голове завертелись догадки. Может, его шпионы тоже донесли, что Эдмунд — редкостный ублюдок, и Дориан просто пытается уберечь «талантливую приму» своего друга от опасных связей?