— Он болван, и хорошо, что я была тут и не дала ему ничего с тобой сделать.
— Кто еще… был здесь?
Я помнила и другие голоса, но смутно. Я помнила, как кто-то мне сказал, что я что-то не запомню, и помнила, что меня это ужасно возмутило. Но то, что я поклялась запомнить, что бы это ни было, ускользнуло из моей памяти.
— Ну, во-первых, конечно, врач. И Уот навещал тебя каждый Божий день. Мы бы послали в Грэнмьюар за мадам Лури и Майри, но погода стояла такая мерзкая, что им было бы рискованно ехать. Были у нас и кое-какие важные посетители — например, леди Маргарет Эрскин, а вместе с нею и сам граф Морэй. Морэй нынче у королевы в немилости за то, что заставил ее казнить сэра Джона Гордона в Эбердине. Был еще этот молодчик Шастеляр, ну, который поэт — приходил, когда королева, которая на него не надышится, позволяла ему ненадолго отлучиться. Ох, и важный он теперь стал! А, приходил даже месье Нико де Клерак и привел с собою Сейли. Он сказал, что от твоего щеночка тебе будет больше пользы, чем от всех лекарств доктора, и он был прав.
Я попыталась соединить названные Дженет имена с голосами, которые помнила, но все в моей голове так перепуталось.
— Я видела такие сны, — вымолвила я.
— Это все горячка. Как думаешь, ты сможешь сейчас поесть? Немного мясного бульона или чуток заварного крема?
— Сны, — повторила я. — Мне приснилась ночь… ночь, когда убили Александра. Что-то мне ее напомнило. Я увидела все снова. Как будто все происходило заново. Теперь я многое вспомнила, то, что раньше выпало из моей памяти.
— О Ринетт, мне так жаль!
— А мне нет, и ты не жалей.
Теперь я ясно помнила кинжал убийцы, гарда с выгравированными на ней распростертыми крыльями, рукоять в форме головы сокола с одним недостающим рубиновым глазом. И я помнила звон колоколов — колоколов третьей стражи. Точное время — полночь. Если кто-нибудь сможет доказать, что в этот час в ночь приезда королевы в Эдинбург находился в другом месте, я буду знать, что убийца не он.
— Я поем, — сказала я. — Где сейчас Сейли?
Дженет засмеялась.
— Он у королевы, — ответила она. — Однако ей приходится держать его на поводке, потому что он хочет одного — найти тебя и быть с тобой.
— Приведи его.
— Сейчас приведу и еще принесу тебе приличного вина и заварного крема на закуску.
Она дала мне еще один глоток вина из чашки и убежала; я услышала, как она кого-то зовет в коридоре. Я закрыла глаза и стала думать о приходивших ко мне знатных посетителях. Леди Маргарет Эрскин наверняка хотела узнать, где спрятан серебряный ларец; она уже задавала мне этот вопрос, когда я лежала, больная и слабая после рождения Майри. Граф Морэй приходил с ней. Быть может, он думал, что если преподнесет королеве серебряный ларец Марии де Гиз, это мигом вернет ему ее милость. Шастеляр — да, этому тоже нужен ларец.