На лице королевы появилось странное выражение — казалось, она думает:
— Вот. Сейчас идеальный момент, чтобы захлопнуть ловушку.
Какую ловушку?
Голос Нико в булочной: «Теперь у нее есть какой-то новый план, как принудить вас все-таки отдать их ей. Будьте осторожны в ее присутствии».
— Сейли не злой дух, — сказала я. Мой голос дрожал от возмущения. — Он всего лишь мой любимый пес.
Леди Маргарет ухмыльнулась. Как она и ожидала, я бросилась защищать свою собаку, прежде чем саму себя.
— Ага, стало быть, вы не отрицаете, что читаете будущее по цветам.
— Это всего лишь развлечение, миледи, только и всего, — лениво произнес Никола де Клерак. — В чтении по цветам не больше колдовства, чем в составлении гороскопа.
— Астрология — это наука, — вмешался Морэй. — Сестра, моя мать права. Мистрис Ринетт надо либо заставить отказаться от чтения будущего по цветам, либо отослать ее прочь.
Отослать меня прочь?
Сейли, услышавший, как я назвала его имя, подошел и прислонился ко мне и сунул голову мне под мышку. Он дрожал — или это дрожала я?
— Я не стану отсылать ее прочь, — сказала королева. — Даже ради мастера Нокса. Она все еще не отдала мне серебряный ларец моей матушки, как обещала. Когда она отдаст его мне с пророчествами месье де Нострадама о quatre maris, она сможет отправиться на свою торчащую из моря скалу и там читать будущее по цветам, сколько ее душе угодно.
Это было так чудовищно нечестно и несправедливо, что я тут же опомнилась от шока.
— Не только я дала обещание, мадам, — сказала я. — Вы поклялись найти убийцу моего мужа и предать его королевскому правосудию, однако вы до сих пор его не нашли и не наказали.
— Я уже тогда сказала, что не могу ничего вам обещать. — Хорошего настроения королевы как не бывало. Она важно прошествовала к своему креслу под балдахином с вышитым на нем гербом Шотландии и села. — С тех пор, как убили вашего мужа, Марианетта, прошло уже почти два года, и кем бы ни был его убийца, теперь его уже не поймать.
— Я согласен, сестра, — изрек граф Морэй. — Я считаю, что мистрис Ринетт пора отказаться от поисков убийцы своего мужа, отдать ларец и удалиться, особенно теперь, когда ее присутствие при дворе дает мастеру Ноксу пищу для обличений.
— Я не откажусь от поисков! — промолвила я, чувствуя, как горло мне сжимает паника. Как же случилось, что мне вдруг предъявили этот ультиматум? В руке у меня все еще была зажата терка для сахара, на огне, лишь наполовину подслащенное, потихоньку кипело вино. — И не уеду, пока убийца моего мужа не заплатит за свое преступление!