- Это же Клод Монтегю! – выпалила Лора, увидев мое потрясенное лицо. – Владелец «Изумрудных Рос»! Он самый крупный цветочный магнат в городе! Он, наверное, узнал, что ты отбиваешь у него клиентов, и решил так с тобой расправиться! Я слышала, он подлый и мстительный!

Я стояла, сжимая в пальцах газетный лист, и не могла вымолвить ни слова. Колдовство. Ведьма. В этом мире, где магия была реальностью, такие обвинения могли быть по-настоящему опасными. Меня могли оштрафовать, закрыть лавку, а в худшем случае… Я не хотела даже думать об инквизиции или чем-то в этом роде.

Паника, холодная и липкая, подкатила к горлу. Все, что я построила с таким трудом, могло рухнуть в одночасье из-за грязной лжи.

- Что я буду делать? – прошептала я, больше сама себе, чем Лоре.

- Надо что-то делать! – заволновалась она. – Напишем опровержение! Мы найдем свидетелей! Все, кому ты помогала, они же за тебя заступятся!

Но я была слишком подавлена, чтобы строить планы. Мне нужно было время. Нужна была… поддержка. И я, сама того не осознавая, уже знала, где ее искать.

- Лора, спасибо, что предупредила, – сказала я, стараясь взять себя в руки. – Я… мне нужно подумать.

Я выпроводила подругу, пообещав, что все обдумаю, и закрыла лавку, повесив на дверь табличку «ЗАКРЫТО». Сердце бешено колотилось. Я не придумала ничего лучше, как пойти к Каю. Не как к магу или советчику, а просто как к… другу? Соседу? Единственному человеку здесь, чье мнение и трезвость ума я невольно начала ценить.

Я надеялась на дружеский совет и, возможно, на какую-нибудь легкую, отвлекающую книжку, чтобы утопить свое горе в чужом вымысле.

Я перешла улицу и толкнула тяжелую дверь «Пыльного Фолианта». Кай как раз подметал пол, и облако пыли танцевало в луче света из окна. Он поднял на меня взгляд и, увидев мое лицо, сразу нахмурился.

- Что случилось? – спросил он, отложив метлу. Его прямая, бесцеремонная манера сейчас была как бальзам на душу.

Я молча протянула ему злополучную газету. Он взял ее, пробежал глазами по статье, и его лицо стало каменным. Я видела, как скулы напряглись, а в глазах вспыхнул холодный, яростный огонь.

- Монтегю, – произнес он с таким презрением, что слово прозвучало как ругательство. – Предполагал, что он опустится до этого. Но не думал, что так быстро.

- Он уничтожит меня, Кай, – голос мой дрожал. – Эти обвинения… Колдовство… Кто поверит мне, простой цветочнице? Это просто мое слово против его.

Кай отшвырнул газету на ближайший стол, словно она была ядовитой змеей.

- Он не уничтожит, но попытается. Однако, у него ничего не выйдет.