утешение у других баб?
Он сжимает челюсть, и я вижу, как его взгляд темнеет.
— Не смей, — тихо говорит он.
— А что? — я делаю шаг к нему. — Правда глаза режет? Ты не справился… утешился в
объятиях помощницы…
— Ты сама сказала, что я могу… — начинает он.
— Не смей! — теперь уже я повышаю голос. — Не перекладывай на меня свою слабость!
Я чувствую, как внутри все клокочет. Слова копились годами, и я держала их,
складывала, запирала, но вот теперь они рвутся наружу!
— Ты знаешь, что было после ее ухода? — продолжаю я, не давая ему вставить ни слова.
— Ты ушел в работу. Ты перестал смотреть на меня. Ты приходил домой и делал вид, что
все нормально. А я каждую ночь задыхалась рядом с тобой в нашем горе!
Он делает шаг ко мне.
— Я не знал, как помочь, Юля, — говорит он глухо. — Я тоже потерял ее.
— Нет! — я качаю головой. — Ты потерял ее и пошел дальше. А я осталась здесь со своим
горем один на один.
Он проводит рукой по лицу, будто стирает усталость.
— Я предлагал начать все заново, — говорит он. — Я предлагал попробовать еще раз.
Я зло смеюсь:
— Заново? — повторяю я. — Для тебя так просто все начать заново, да, Сухов?
Перешагнул — и пошел дальше. А я? Я одна все это тянула. Одна. Тебе все равно!
— Это неправда.
— Правда! — кричу я. — Ты равнодушный! Жестокий! Холодный! Ты ни разу… — голос
срывается, но я дожимаю, — ни разу не сказал мне, что я не виновата!
Он замирает.
Я вижу, как его лицо меняется. Как будто я наконец попала в точку.
— Я никогда не считал тебя виноватой… в ее смерти…
— А я себя… считала всегда…
— Это не так…
— Уходи!
— Я люблю тебя, — говорит он тихо. — Я всегда любил тебя. Мне жаль, что нам пришлось
через это пройти.
Я смотрю на него и понимаю, что ненавижу его. И эти слова — запоздалые и бесполезные!
— Проваливай, — говорю я сквозь зубы. — Проваливай к своим бабам. А меня оставь
здесь.
Глава 3
Я жду, что он уйдет.
Вот сейчас — развернется, хлопнет дверью, оставит меня одну в этой комнате, где
слишком много прошлого и слишком мало воздуха. Я почти готова к этому. Я привыкла.
Но Данияр не уходит.
Он делает шаг ко мне. Потом еще один. Медленно, будто боится спугнуть, и я чувствую,
как внутри меня поднимается паника, потому что…
Мне нельзя, чтобы он был рядом.
Я не хочу оттаивать…
Я хочу его ненавидеть…
— Не подходи, — говорю я хрипло.
Он не слушает.
Дан протягивает руки и обнимает меня. Крепко, как когда-то давно, когда я еще
позволяла себе быть слабой рядом с ним.
Но теперь не позволяю.
Я все покрылась колючками и больше не позволяю…
— Убери от меня руки! — кричу я и с силой толкаю его в грудь.