Сергей знал, что Егри ведёт собственную игру. Точнее, не свою, а Олега.

Сергей пытался эту игру разгадать.

Он помнил слова Егри о том, что на Олега давят послы Беньяху. Но вряд ли большому хакану удастся напугать киевского князя. У Беньяху и без новой войны с Киевом проблем хватает. Печенеги, ромеи…

Или всё-таки дойдёт до войны? Потерять Самкерц — это обидно. Можно допустить, что, захватывая город, Олег действовал спонтанно. В конце концов, это не он напал на Булана, а Булан — на него. Но не похоже, что Олег не знал о намерениях Булана. Иначе зачем бы он приготовил штурмовую группу из Харальдовых нурманов?

Но если Олег не собирался удержать Самкерц, то почему не ограбил?

И зачем ему договор с ромеями, который он подписал с патрикием Николаем Пиператом?

Картинка не складывалась. По-прежнему слишком мало информации.

Но в одном можно не сомневаться: большой хакан Беньяху это дело так не оставит.

И ещё более сомнительно, что стратиг Херсонской фемы позабудет о том беспределе, который учинили.

В общем, будь на то воля Сергея, он бы принял предложение Харальда.

Но воля была — не его. Потому, прослушав по сотому разу одни и те же доводы сторон, он покинул зал совета и отправился искать Машега.

Задача простейшая, поскольку элитный бордель в Самкерце был всего один. И где он расположен, Сергей знал. У него ведь тоже был молодой растущий организм.

Хороший бордель — это не только девочки, термы и кушанья. Это ещё и приятная компания. Можно в фигуры, то бишь, в шахматы поиграть. Или в кости. Или ещё в какую-нибудь физически необременительную игру. Поговорить о том о сём. Послушать истории заезжих купцов, которые появились в городе, едва была снята осада. Похвастать собственной крутизной. В последнем особо отличились Машег и приобщённый хузарином к утончённым восточным радостям Скьёрн, с которым у Машега образовалась неожиданная дружба.

Но когда один из хузарских торговцев, прибывший в Самкерц прямиком из столицы, упомянул, что некто Песах получил от хакана должность булхацы, среагировал на новость именно Машег. Который немедленно поинтересовался: булхацы — чего?

— Так здешнего, — простодушно ответил купчина.

И всю весёлость с Машега будто волной смыло.

— Эй! — окликнул друга Сергей. — Что с тобой?

— А то, — мрачно проговорил Машег, — что Песах — родич наш. Нехорошо выйдет, когда он придёт сюда. А он — придёт.

— Ты теперь рус, — напомнил Сергей.

— Угу, — Машег помрачнел ещё больше.

— Не хочешь драться с родичем?

— Не хочу, — и, помолчав немного, добавил: — Песах — не Булановы сородичи. Он воевода славный. Крепости брать умеет не хуже ромеев. И с вами, русами, тоже дрался. Только не будет драки. Хакан назначил его булхаци здешнего края. Держать для хакана пролив, угнетать врагов, собирать налоги, править закон. И придёт он не один, а с крепким войском, с настоящим войском, а не чёрным сбродом. Против него Самкерц и седмицы не выстоит. Веришь?