Повернулись и спокойно вышли в коридор. Более того, один положил руку на плечо борделевладельца и пихнул его вперёд.

Пузатый попробовал возмутиться, но стражник так сдавил ему плечо, что рожу содержателя притона перекосило от боли.

Но Сергей медлил. Что-то было не так. Что?

Машег сунул стрелу обратно в колчан, а лук убрал в налуч на боку, надел на голову остроконечную щегольскую шапочку, ухватил со стола яблоко, откусил, подмигнул Сергею, сказал: «Утром не хотели меня взять, а теперь вместе к стратигу пойдём!», откинул занавеску и шагнул в коридор.

И тут до Сергея дошло, в чём неувязка.

«Мы отведём вас к стратигу», — пообещал стражник.

К стратигу! Какой-то городской стражник. Даже его начальник не факт что имеет допуск к первому лицу Херсонской фемы. У ромеев в этом отношении строго. Легче сержанту ДПС попасть в кабинет губернатора, чем городскому стражнику — к фемному стратигу!

— Машег, назад! — крикнул Сергей, хватаясь за саблю.

Но опоздал.

Стражников было не двое. Ещё парочка пряталась за занавеской, и один из них успел накинуть на юного хузарина сеть, а второй — огреть древком копья по затылку. Шапка упала на пол одновременно с её хозяином.

Сергей выхватил саблю, бросился на ударившего Машега стражника, но тот довольно ловко принял удар на щит и сделал выпад копьём, заставив Сергея отскочить. Сманеврировать в узком проходе было — никак.

Второй стражник резко присел. Сергей успел удивиться, но не успел среагировать, когда тот резко дёрнул за край ковра. Сергей потерял равновесие… И второй стражник метнул щит.

Удар пришёлся в живот. Сергея отшвырнуло назад, столик угодил точно под колени, Сергей рухнул на него спиной, перекувыркнулся, но встать на ноги не сумел. Под ногами оказалась завизжавшая девка, и Сергей снова упал, больно приложившись поясницей о край ложа.

Саблю, однако, не выпустил. И вскочил в ту же секунду…

Но недостаточно быстро, чтобы увернуться от брошенной сети.

Сергей принял её на саблю, но рассечь не сумел. Будь с Сергеем его любимый клинок из индийского булата, возможно, и получилось бы. Но взятая у печенежского хана сабля осталась в Самкерце.

Рывок — и Сергей снова на ковре. Рука с саблей безнадёжно запуталась в сети, однако левой он сумел выдернуть из чехла кинжал…

Достать, но не применить. Кинжал — слишком слабое оружие, когда против тебя четверо в полном боевом, а ты вдобавок валяешься на спине, запутавшись в чёртовой сети.

Кинжал выбили, саблю отняли, придавив руку краем щита, а через пару минут он, качественно связанный, с заткнутым ртом, стал таким же беспомощным, как потерявший сознание Машег.