— Мы — люди большого архонта русов, — сказал Сергей, переодевшись в своё и вновь ощутив себя полноценным воином-варягом. — Ты со своим приятелем-работорговцем поступил глупо. Его уже рыбки доедают. А тебя я пока оставляю в живых.

— Спаси тебя Господь, господин! Век молиться за тебя стану! И сын мой…

Врёт. Небось побежит завтра к властям: жаловаться на учинённый Сергеем и Машегом беспредел.

Хотя, может, и не побежит. Работорговец-то смылся из Херсона не просто так. Небось узнал, что отхватил кус не по челюстям. Однако не факт, что он поделился информацией с партнёром.

— Молись, — разрешил Сергей. — Надеюсь, Бог тебя услышит, потому что завтра я пойду к стратигу и расскажу, как ты, — Сергей надел на левую руку золотой браслет, прижав им рукав у запястья… — обошёлся с послами архонта русов.

— Не делай этого, мой господин!

Ага. В глазах снова страх, а не подленький огонёк.

— Твой гость, который напал на меня в твоём дворе, кто он?

Борделевладелец стрельнул взглядом на меч голого ловкача. Сообразил, молодец, что покойник не станет упрекать его за разглашение информации.

— Он из иверов. Здесь недавно. Кентарх[7] фемных всадников. Был, — и тут же перешёл в атаку: — Если стратиг узнает, что ты его убил…

— Я? — изобразил удивление Сергей. — Почему я? Как думаешь, когда сюда придут и увидят мёртвого кентарха и множество мёртвых людей вокруг и тебя с мечом кентарха в брюхе, что подумают тогда люди стратига?

— Моя жизнь принадлежит тебе! — быстро сориентировался борделевладелец. — Но я готов её выкупить. У меня есть ещё деньги! А тело кентарха можно вынести из моего дома на площадь. И тогда все подумают, что его убили пацинаки!

— Ты неглуп, — похвалил Сергей. — Сделаешь, как сказал. И деньги тоже неси. И когда мы встретимся с тобой в следующий раз, думай, что говоришь.

Как и предполагал Сергей, увидев свой лук, о сапогах Машег даже и не вспомнил. Аж запрыгал от радости.

Сергей тоже был доволен. План обогащения и возвращения статуса был выполнен на двести процентов. Цена вторичного выкупа жизни секс-предпринимателя оказалась вполне достойной: одиннадцать золотых номисм с портретом императора Василия Македонянина, предшественника нынешнего Льва. Почти пятьдесят граммов золота в совокупности.

И бонусом — приглашение от их бывшего хозяина. Мол, приходите ещё, гости дорогие. Вам здесь всегда рады.

Верилось с трудом. Но Сергей пообещал, что — непременно. Чтоб кое-кто не расслаблялся.

* * *

— Опять русы! — настроение у херсонского стратига, и без того не радужное, совсем испортилось. — Не понимаю. Прислать ко мне посольство и одновременно грабить наши суда. А теперь вот это бессмысленное убийство. Зачем им могла понадобиться смерть кентарха?