Прошёл месяц. Тишина звенела в ушах, как неисправный датчик. Я набрал Алису. Голос в трубке был ровным, профессиональным: «Отказалась. После второго сеанса сказала, что не видит смысла». Я положил трубку и уставился в стену, где висел промо-календарь с девчонкой в коже на «Хаябусе». Ирония: я продаю свободу, а сам сижу в клетке из собственных ограничений. Ключей нет. Дверь заперта изнутри.
Поехал к ней домой. Хотел поговорить. Выяснить. Просто увидеть. Её там не оказалось. Проторчал до глубокой ночи, дыхание запотевало стёкла, дворник скребал по льду монотонно, как метроном. Так и не вернулась. Где она ночует? С кем? Внутри скребло, будто ржавой проволкой по рёбрам.
Новости пришли неожиданно через Саню, нашего постоянного. Он рассказывал про новую клиентку с красивым именем Виталина: «Её инструктор теперь. Мужик солидный, взрослый её привозит всегда, расписание ей составляет. И оплату переводит». Я кивнул, делая вид, что меня это не волнует. Конечно, не волнует. Просто кофе в автомате внезапно стал горьким. «Сменила опекуна», — шепнул внутренний голос. Звучало как приговор. Неужели она сама не может существовать? И теперь вместо меня о ней заботится Рубцов? Просто пересадила растение в другой горшок, и всё.
Поехал к Рубцову в офис. Хотел посмотреть ему в глаза. Хотел услышать, как он назовёт её имя. Секретарша, девочка с идеальным маникюром и взглядом, скользящим по монитору, даже не оторвалась: «Кирилл Васильевич на обеде. Во сколько вернётся, не уточнял. Будете ждать?»
«Подожду».
Сел в кожаное кресло, пил остывающий эспрессо из бумажного стакана. Кожа на затылке зудела. И тут её голос, громкий, по телефону:
— Да, шеф уехал… угу, опять с ней… там по ходу всё серьёзно… да, он вообще так похорошел с ней. Прям другой человек. Вот что любовь с людьми делает.
Челюсть свело до скрипа зубов. Встал так резко, что колено ударилось о край стола.
— Извините, — выдавил. — А Кирилл с Виталиной уехал на обед?
— Да, да, с ней, — кивнула она, уже отворачиваясь к клавиатуре.
— Понял. Спасибо. Я пойду.
— Передать что-то ему, когда вернётся?
— Нет. Не нужно.
Любовь, да?
А чего я хотел? Она молодая. Красивая. Сексуальная до дрожи в коленях. Он тоже мужик, не слепой. И он ей подходит. Реально. Образованный, галантный, статный. Взрослый слишком, но может, это и хорошо. Может, ей такой и нужен. Проблемы решает. Увлечения не запрещает.
Ушёл. На улице декабрьский ветер резал лицо, лез под воротник. Я смеялся. Горько, сухо, в пустоту. «Ну, Вадим, поздравляю. Ты болен. Диагностический сканер показывает ошибку в мозгу, а не в двигателе».