— Постараюсь. Перезвоню.
К вечеру у меня уже был график: теория три раза в неделю, практика — ежедневно. Инструктор — бывший гонщик, молчаливый, строгий. Идеально.
Жизнь превратилась в день сурка. Квартиру так и не нашла. Отель устраивал. Зал, душ, завтрак, дела, обед, занятия, ужин, бассейн, сауна, сон. Иногда дел было больше, иногда меньше. Но ежедневно Рубцов куда-то меня возил, я подписывала, кивала, училась.
Слухи уже поползли по офису, что он мой любовник. Мы с Рубцовым посмеялись. Отношения у нас строго деловые, всегда на «вы», всегда с дистанцией. Он красив, статен, умён, обеспечен. Костюмы он, кстати, сменил. Но почему-то не женат. И это не моё дело. Я туда не лезу.
Всё шло своим чередом. Рутина, как асфальт, ровная и без выбоин. Но я скучала по Вадиму. Каждый день. Не громко. Не истерично. Тихо, как фоновый шум холодильника. Вспоминала, как он смеялся с Андрюхой. Как хмурился. Как выглядел с утра, немного лохматый и сонный. Думала о нём, когда закрывала глаза в сауне. Когда видела чужие руки на руле. Скучала. И знала, что это пройдёт. Не сегодня. Может, не завтра. Но пройдёт. А пока — я учусь держать баланс.
Глава 30. Вита
Глава 30. Вита
Я сорвалась всего один раз. На Новый год.
Наряжалась почти три часа. Чёрное платье с открытой спиной, чулки, туфли на каблуке. Помада цвета спелой вишни, духи, которые пахли чем-то лёгким. Выглядела как картинка. А чувствовала себя как дура.
Такси шуршало шипами по утоптанному снегу. Город был расцвечен гирляндами, но мне казалось, что всё это для других. Для тех, кого ждут.
Вышла у его подъезда. Окна на третьем этаже тонули в темноте.
Я нажала на домофон. Тишина. Зашла с какой-то парой. Позвонила в дверь, потом постучала. Эхо разнеслось по лестничной клетке.
Внутри всё замерло. Ни шагов. Ни голоса.
Конечно. У него семья. Родители, сестра, друзья. Новый год не для случайных гостей. Не для тех, кто приезжает, потому что не может усидеть на месте.
Обратно я ехала, прижав лоб к холодному стеклу. В отеле скинула туфли, смыла макияж ватным диском, который тут же окрасился в бордовый. Завалилась спать, даже не открыв шампанское.
В марте я сдала на права. Пластик с моим фото лежал во внутреннем кармане куртки, лёгкий, но реальный, как талисман. В апреле открыли мотосезон. Асфальт ещё пах сыростью, первым тёплым ветром и выхлопами. Я знала, что не стоит этого делать. Знала, что это глупо. Но ноги сами несли в салон.
Такси остановилось у знакомого здания. Воздух был пропитан весной и резким запахом резины. Дверь отворилась, и меня чуть не сбили с ног.