Вера принесла чай. Она всегда сначала накормит-напоит, а только потом к делу. Я уже сыт, поэтому просто грел руки о чашку.
— Чего случилось, Вер? Рассказывай уже.
Она помолчала, потом достала файл. Внутри — обычный лист А4.
Протянула мне.
Текст напечатан на принтере, без засечек, стандартный шрифт:
«ИЛИ ТЫ ЗАБИРАЕШЬ ЗАЯВЛЕНИЕ, ИЛИ ХОДИ И БОЙСЯ»
Я весь напрягся. Желваки заходили.
— Откуда это? Когда?
— В почтовом ящике было. С рекламой всякой. Сегодня достала. Последний раз проверяла несколько недель назад. Как давно лежит — не знаю.
Я сжал кулаки.
— Пусть только вернётся, тварь. Ходить и бояться будет у меня он...
— Вадим, что делать? — голос у Веры дрогнул.
— Я разберусь. Я заберу это. Не переживай.
Достал телефон, сфоткал записку. Отправил в два места. Отцу этого гандона ссыкливого и своему знакомому менту.
Отец у него, кстати, нормальный мужик. Марков Алексей Михайлович, крутой бизнесмен. Сказал ещё тогда, когда эта история случилась: как только сын вернётся из-за бугра (а он вернётся, деньги имеют свойство заканчиваться, а прятаться долго он не сможет), он его сам посадит. Для профилактики. Чтобы посидел и подумал над своим поведением. Я ему верю: он бывший военный, слово офицера дал.
За Веронику очень переживал, видно было, что искренне, не играл. Лучшую клинику оплатил, врачей, компенсацию морального ущерба хорошую выплатил. Интересуется её жизнью. Правда, через меня. Она все контакты оборвала.
Алексей Михайлович перезвонил через пять минут.
— Вадим, давай я ей охрану приставлю? — предложил он. Голос спокойный, но стальной.
— Думаете, не блефует сыночка ваш?
— Да кто его знает. Бережёного бог бережёт. Будут дистанционно наблюдать. Она даже знать про них не будет. У него, по ходу, деньги заканчиваются, может начать действовать. Агрессия от бессилия.
— Не накладно будет?
— Нет. Мне важно, чтобы она была в безопасности. И чтобы ты был спокоен.
— Я не против. Только меня тогда держите в курсе.
— Договорились.
— Спасибо, Алексей Михайлович. На связи.
Потом приехали знакомые опера. Сняли записи с камер подъезда и над почтовыми ящиками. Будут работать, искать, кто доставил. Курьер, знакомый, случайный прохожий за пятьсот рублей.
— Вер, а больше никаких странностей не было? — спросил я. — Может, кто пристаёт? Преследует?
Вспомнил мажора на «Феррари».
— Нет, всё спокойно.
— Точно?
— Точно, Вадим. Я бы сказала.
Ужинали вместе. Уехал от неё уже после девяти.
Дома было тихо. На кухне Виталик пил воду.
— Не голоден? — спросил он.
— Я поужинал. Не переживай, отдыхай.
Она замялась, переминаясь с ноги на ногу.