— Это проект, который ты навязал мне своим «запрещенным приемом», — отрезала она. — И кстати, Гринвуд, разберись со своим «фан-клубом». Твоя одержимая подружка только что угрожала мне в танцевальном зале, требуя, чтобы я к тебе не приближалась. Считай, что я пошла ей навстречу.
Она попыталась обойти меня, но я схватил её за локоть. Не больно, но крепко.
— Кто тебе угрожал?
— Мне плевать, как её зовут, — Ева вырвала руку. — Райан, пойми одну простую вещь: ты мне не интересен. Ни как капитан, ни как парень, ни как герой чьих-то снов. Ты для меня — головная боль. Поэтому проект мы будем делать дистанционно. И не смей больше караулить меня.
Она зашла внутрь, и тяжелая дверь закрылась перед моим носом. Я стоял на крыльце, чувствуя, как холодный ветер хлещет по лицу.
«Ты мне не интересен» . Эти слова ударили сильнее, чем шайба в грудь на полной скорости. Я привык бороться за победу, когда противник сопротивляется. Но как бороться с тем, кто вообще не считает тебя участником игры?
6
Райан
Я стоял перед закрытой дверью общежития, и в ушах до сих пор звенело её «ты мне не интересен». Это было не просто холодное равнодушие — это был приговор моему эго. Кулаки сжимались сами собой, а внутри клокотала такая ярость, что, казалось, я мог бы сейчас в одиночку снести всю эту чертову стену.
— Ну что, Кэп? Снова «сухой счет» не в твою пользу? — Маркус подошел сзади, не скрывая ехидной ухмылки. За ним маячили Тайлер и Зак.
Я медленно обернулся. В моем взгляде было столько тьмы, что Маркус тут же стер улыбку с лица.
— Послушай, Райан, — Тайлер сделал шаг вперед, его голос звучал непривычно серьезно. — Мы тебя не узнаем. Ты капитан «Святых». Через две недели скауты НХЛ будут сидеть на трибунах, а ты тратишь время на девчонку, которая тебя открыто посылает. Да брось ты её! Завтра на вечеринке в честь открытия сезона будет сотня тех, кто мечтает оказаться в твоей постели. Зачем тебе эта головная боль?
— Вы не понимаете, — прорычал я, садясь во внедорожник и с силой хлопая дверью.
Они действительно не понимали. Для них это был вопрос секса или престижа. Для меня это стало вопросом выживания. Если я сейчас отступлю, я буду видеть её лицо в каждом своем поражении. Она бросила мне вызов, даже не осознавая этого. Своей рассудительностью, своей чистотой, своим этим «дистанционным проектом».
— Держись крепче, Ева, — прошептал я, глядя в зеркало заднего вида на окна её корпуса. — Ты думаешь, что выставила границы? Я привык ломать любую оборону. Хищник выходит на охоту. И на этот раз я не буду играть по правилам.