43
Райан
Золотое конфетти всё еще кружилось над ледовой ареной, а гул трибун закладывал уши, когда я внезапно прервал наши объятия. Внутренний предохранитель, который я удерживал на протяжении всей этой адской игры, окончательно сорвался. Победа в финале четырех была у нас в кармане, но мне этого было мало. Чертовски мало.
Я резко наклонился и, просунув руки под колени и спину Евы, легко подхватил её на руки. Она испуганно вскрикнула, инстинктивно обхватывая мои плечи.
— Райан! Ты что делаешь? Нас же все видят! — её щеки горели лихорадочным румянцем, а карие глаза испуганно метались по сторонам.
— Плевать, — хрипло выдохнул я, прижимая её к своей груди. Я наклонился к самому её уху, обжигая кожу горячим дыханием. — Я еще не получил свой главный приз, Новак. Где он?
Ева округлила глаза, абсолютно не понимая, что происходит. В её взгляде читалось полное замешательство, смешанное с диким, затаенным ожиданием. Ей казалось, что после матча мы пойдем со всеми в раздевалку, поднимем кубок, а потом отправимся на официальную вечеринку кампуса. Но у меня были совершенно другие планы на эту ночь.
Я развернулся и быстрым, размашистым шагом направился прямиком к черному выходу из спортивного комплекса, полностью игнорируя оклики парней из команды и вспышки камер журналистов. Нам больше никто не был нужен.
Мы шли по темным аллеям кампуса в сторону мужского общежития. Молча. Быстро. Слышно было только наше прерывистое дыхание и скрип снега под моими ботинками. Ева притихла, теснее прижимаясь к моей груди, словно чувствуя ту колоссальную, первобытную волну напряжения, которая сейчас поднималась во мне. Я нес её на руках до самого третьего этажа, не разжимая пальцев ни на секунду.
Только когда мы наконец оказались в коридоре моего блока, я опустил её на пол, вытащил ключ и толкнул дверь. Стоило нам переступить порог, как я задвинул щеколду. Глухой, резкий щелчок замка прозвучал в тишине комнаты как стартовый выстрел.
Ева
Звук закрывшейся двери отрезал нас от всего остального мира. В комнате Райана царил полумрак, разбавляемый лишь неоновым светом уличных вывесок, проникающим сквозь широкое окно. Я едва успела обернуться, чтобы спросить его о странном поведении, как Райан буквально набросился на меня.
В нем не осталось ничего от того сдержанного, уверенного капитана Гринвуда. Сейчас передо мной был дикий, голодный зверь, который слишком долго сидел в клетке.
Его руки мгновенно перехватили мою талию, с силой прижимая меня к стене рядом с дверью. Спина почувствовала твердую поверхность, а в следующий миг его губы обрушились на мои — жестко, властно, сокрушительно. Это не был нежный поцелуй, к которому я привыкла. Райан целовал меня так, словно пытался выпить до капли, требуя от меня полного, безоговорочного подчинения. Его язык настойчиво ворвался в мой рот, сминая любое сопротивление, и у меня внутри мгновенно вспыхнул такой пожар, от которого подкосились колени.