Миссис Харрис сидела за столом, подперев голову рукой. Перед ней на полную громкость крутился тот самый фрагмент аудиозаписи, где Бритни отчетливо диктовала план подлога бланка строгой отчетности.
— Присаживайтесь, мистер Гринвуд, — не поднимая глаз, сухо произнесла декан. — Я как раз изучаю… народное творчество наших студентов.
— Это не творчество, миссис Харрис, — я сел на стул, даже не взглянув в сторону Бритни. — Это прямое доказательство мошенничества и попытки подставить сотрудника академии. Вчера мисс Новак едва не обвинили в краже документов из архива из-за этих двоих.
— Райан, пожалуйста… — всхлипнула Бритни, подавшись вперед. — Это была просто шутка! Мы не хотели… Лина всё подстроила! Это она нас записала!
— Заткнись, Бритни, — жестко оборвал я её, и она тут же сжалась в комок. — Твои шутки чуть не стоили человеку карьеры. Миссис Харрис, я требую официального отчисления Бритни за подделку документов академии. И отстранения Синди. В противном случае, оригинал этой записи с таймкодами и метаданными уйдет в полицию.
Декан долго смотрела на меня, и в её глазах боролись злость на нарушенный покой и понимание того, что я не отступлю. Я видел, как она оценивает ситуацию. Замять это уже не получится — весь кампус гудит.
— Приказ об отчислении мисс Брэдшоу будет подписан до конца дня, — наконец произнесла Харрис, закрывая ноутбук. Звук захлопнувшейся крышки прозвучал для Бритни как удар судебного молотка. Она закрыла лицо руками и громко зарыдала. — Мисс Синклар отстраняется от занятий на две недели и лишается права посещать любые спортивные мероприятия академии, включая домашние матчи хоккейной сборной.
Синди у окна судорожно вздохнула, но спорить не посмела.
— На этом всё, мистер Гринвуд, — декан устало потерла переносицу. — Можете идти. И передайте вашему хореографу, что претензий к ней у администрации нет. Но упаси вас бог устроить еще хоть один инцидент на парковке.
Я поднялся, застегнул куртку и бросил последний взгляд на Бритни. Мне не было её жалко. Тот, кто пытается уничтожить Еву Новак, должен быть готов к тому, что его собственная жизнь превратится в руины.
Выйдя из кабинета, я глубоко вдохнул прохладный воздух коридора. Первый раунд был выигран вчистую. Бритни стерта с доски. Теперь оставалось самое главное — вернуться к Еве и доказать ей, что в этом новом, открытом мире ей больше не нужно никого бояться.
38 Ева
После обеда я шла в ледовый дворец с чувством, будто у меня за спиной наконец-то расправились крылья. Новость об официальном отчислении Бритни разлетелась по кампусу мгновенно. Давление, которое душило меня последние дни, ослабло. На входе в тренировочный зал меня больше не встречали ядовитые шепотки, а девчонки из группы поддержки смотрели на меня с каким-то новым, молчаливым уважением.