— Держи баланс, Гринвуд! Локти прямее! — скомандовала Ева, мгновенно оказываясь рядом со мной. Она подошла вплотную, её руки коснулись моих предплечий, корректируя угол наклона. — Марк, не заваливайся назад! Девчонки, держим спину жестко!
Я держал Крис, чувствуя, как напрягаются мышцы под нагрудником, но всё мое внимание было приковано к Еве. Она двигалась между нами, собранная, строгая, полностью погруженная в процесс. В этот момент она была настоящим тренером, лидером, который точно знал, чего хочет от этой сумасшедшей ледовой постановки.
— Медленно опускаем, — скомандовала Ева через полминуты.
Я аккуратно вернул Крис на пол. Она легко приземлилась, победно вскинув руки вверх. Сзади раздались жидкие, но яростные аплодисменты — Майя на скамейке вовсю колотила ладонями по своим костылям, празднуя наш первый успех.
— Ну что, тренер Новак? — я стянул с одной руки тяжелую крагу и вытер пот со лба, глядя на Еву. — Как видишь, хоккеисты умеют не только крушить борта. Мы вполне пригодны для твоего балета.
Ева посмотрела на меня, и в её глазах я увидел то, ради чего был готов торчать в этом зале хоть круглые сутки — искреннее, глубокое восхищение. Она оценила то, как серьезно парни подошли к делу.
— Это не балет, Гринвуд, это финал четырех, — тихо, но твердо ответила она, подходя ко мне почти вплотную. Девчонки и парни уже шумно обсуждали свои ощущения у зеркала, так что нас никто не слышал. — И вы справились отлично. Форма действительно дает хорошую опору. Завтра мы переносим эту часть на лед. Будет сложнее, добавятся коньки и скольжение. Ты готов?
— С тобой — хоть на край света, Ева, — так же тихо ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Готовь свою ледовую программу. Мы не подведем.
40
Ева
Пятничная репетиция на большой ледовой арене с первых же минут показала, что сухая теория в теплом зале трещит по швам на скользком льду. Как только Райан, Марк, Дэн и Смит выкатились к нам в полной амуниции и на коньках, я поняла: картинка ломается. Всё выглядело слишком громоздким, тактически перегруженным и тяжелым. Вместо захватывающего дух перформанса перед глазами медлительный парад роботов-трансформеров. Инерция на льду в полной броне смазывала всю эстетику танца.
Я хлопнула в ладони, останавливая музыку, и подъехала к парням, которые тяжело дышали, опершись на клюшки.
— Парни, давайте честно, без вашего капитанского упрямства, — я строго посмотрела на Райана, а затем на остальных. — Тяжело? Только честно. Скорость падает, вы тратите слишком много сил на баланс, и поддержки выглядят так, будто вы мешки с песком поднимаете, а не моих лучших чирлидерш.